Они много раз пересекались в прошлом. Между кланом Жолин и Хонхе были достаточно дружеские отношения, потому люди из одного клана часто гостили в другом. Ученики нередко знали многих старейшин. А Лий обязан был знать всех.
Юй заметила что-то странное, но не стал на этом зацикливаться.
– Господин Лин, перед вами заклинатель, – улыбнулась она.
Лий с горем пополам смог снять оцепенение, неестественно сгибаясь в поклоне.
– Ли Яо, бродячий заклинатель, – добавил он к словам демона.
Лин Фэй все еще хмуро смотрел на Лия. Жена лекаря, Цзы Цай, заметно сняв напряжение в атмосфере, произнесла:
– Парень, как парень, чего ты так уставился на него, Чжанфу Лин? Небось смутили беднягу.
Юй вторила ей:
– Да, Ли Яо не любит такого настойчивого внимания, явно растерялся.
Лий готов был возмутиться, страх ослабил свою хватку на нем. Он выпрямился, искоса угрюмо посмотрев на девушку, которая заметила это и непринужденно пожала плечами, продолжая улыбаться.
Лин Фэй, следящий за всей ситуацией, опустил глаза в землю, решив разобраться во всем позже. Без особых объяснений он представился в ответ уже и так знакомым заклинателю именем:
– Лин Фэй.
Он махнул рукой, показывая жестом идти за ним в хижину. Лий боялся и шагу ступить за порог, он ждал пока другие зайдут, чтобы чуть подольше оттянуть свою очередь. Юй, заходящая предпоследней, оглянулась на него, хмыкнув.
Последний неохотно зашел за ней, закрыв дверь. Внутри дом оказался намного просторнее, хоть и состоял всего из двух комнат. Место казалось небрежным, неприбранным, но это несильно бросалось в глаза.
По стенам первой комнаты, в которой они оказались были расставлены шкафы со всевозможными склянками. Те стояли между книгами и свитками, кои то были раскручены, то уже чуть ли не падали на пол, кинутые на полку без особых раздумий.
Все напомнило Лию кабинет главы клана, где также вещи в беспорядке были раскинуты по полкам, лишь бы не мешались. Но что не спроси у их хозяина, то тот быстро вспомнит, что и куда клал и достанет, либо в точности назовёт место, на какой полке, или в каком шкафчике, и к тому же уточнит, что валяется рядом.
Посередине стоял низкий стол. На нем был аккуратно разложен шелковый платок с простым рисунком, и несмотря на последнее, вещь была явно не дешевой. На край столика падал свет из окна, нависшего над ним.
«Уютно,» – подумал Лий, невзирая на бардак.
– Ли Яо, – позвала Юй, сразу же схватившая Лия и усадившая его на место за столом, после сев рядом.
Заклинатель был слишком растерян и напуган внезапной встречей, но по его лицу было сложно определить. Все же годы работы над контролем выражения лица дали о себе знать. И даже в такой ситуации было сложно определить, какая буря эмоции сейчас его одолевает.
Прямо напротив Лия оказался Лин Фэй, который даже не старался не смотреть на заклинателя. Стол был рассчитан на четверых, но заняты были всего три места, потому что Цзы Цай в это время ушла заваривать чай гостям.
Лекарь положил голову на кулак, наконец обращаясь к демону.
– Сяо Юй, извини, что тебя никто не встретил. Я пробовал действие противоядия, а для этого яд надо было выпить, – говорил он, едва подавляя зевок, – А Циньайдэ драму устроила, мол, я решил с жизнью покончить.
– С ума сходит уже, не верьте ему! – донеслось из соседней комнаты, – Яда напился, а теперь оправдывается!
Лин Фэй помассировал виски, возвратившись в то же положение. Лий взглянул на Юй, та также повернулась к нему и прикрыла глаза, вскинув брови и разведя руками, показывая, что, похоже, подобное норма в отношениях лекаря и его жены.
Заклинатель не понаслышке знал, как люди бывают так затянуты в процесс, что уже не отдают отчет своим действиям. Они начинают творить нечто непонятное обществу, чтобы достичь желаемого результата.
Клан Жолин основывался на изучении ядов, создании лечебных пилюль и мазей, потому Лий вполне понимал, что вреда Лин Фэй себе особого не нанесет, ведь уже давно приспособил свой организм к иммунитету к различным ядам и тому подобному.
Но несмотря на это Лий совсем не поддерживал такие методы, считая их использование слишком жестоким и негуманным по отношению к себе. Хотя он и не мог предложить другого варианта пробы, потому никогда не говорил своего мнения по этому поводу, понимая, что, закидав камнями, получит теми же в ответ.