Доброе отношение девушки, ее смех и долгое время проводимое с ней сделали юношу неравнодушным к ней. Бан Фухуо, казалось, также была тронута заботой Ян Фэя. Она часто просила его остаться поболтать, а потом не замолкала долгое время, забыв о времени. Она говорила о всем подряд, а Ян Фэй слушал ее, не перебивая, ему нравился ее нежный голос.
Но лютые холода стали постепенно отступать, люди больше не нуждались в нем и оставаться не было смысла. Насколько бы Бан Фухуо не нравилась Ян Фэю, он не был столь отчаянным человеком, чтобы ради любви бросить все и оставаться.
Ведь, если бы он продолжил бы жить в деревне, то дальше нее никуда не ушел бы, обзавелся бы семьей, стал бы обычным крестьянином, а может бы начал торговать лекарствами и травами. Сюжетов было много, но Фэя они не устраивали, ему нужна была безоговорочная свобода.
И Ян Фэй ушел, распрощавшись с жителями деревушки, которые провожали его, как родного со слезами на глазах. Бан Фухуо в тот день ничего ему не сказала, похоже посчитав, что ее предали, что могло бы быть правдой, которую юный лекарь осознавал.
Теперь же встретив девушку при таких странных обстоятельствах, Ян Фэй пребывал в замешательстве.
– Фэй, милый, давай вылазь из воды. Жара жарой, а здоровье беречь надо! – притворно возмутилась девушка.
Лекарь рассеяно оглянулся, отрываясь от ее лица. Вокруг было сплошное рисовое поле, что насторожило Фэя. Похожие поля имелись рядом стой деревней по словам жителей, видать, в летнюю пору они выглядели именно так. Одно лишь его смутило – как он оказался здесь?
Ян Фэй аккуратно вышел из воды, и Бан Фухуо отпустила его запястья, но взяла за руки, потянув на себя, тем самым наклоняясь к лекарю. Тот не дал ей слишком приблизится, на что получил еще одно возмущение:
– Ну, Фэй, чего ты, мы ведь так давно не виделись, знаешь, как я по тебе скучала?
Может, в глубине души Ян Фэй хотел бы услышать когда-нибудь подобное, что кто-то помнит его и ждет. Но все выглядело, словно нелепый сон.
– Бан Фухуо, извини, я просто немного удивился, слишком наша встреча неожиданна, – он сделал акцент на слове «неожиданна».
Юноша умел скрыто надавить на человека, с которым общался, чтобы вывести того на правду. Чаще те, кому нечего было скрывать, не начинали оправдываться, пропуская его слова. А те, кому было, выходили на эмоции и незаметно старались себя отгородить. Ян Фэй нередко так проверял людей.
Девушка насупилась и отпустила его ладони, скрещивая руки на груди. Ее вид был весьма комедийным.
– Фэй совсем не рад мне, я вижу, – жалобно произнесла она.
Лекарь сильнее насторожился. Он редко сталкивался с существами нечеловеческого происхождения, но что-то ему настойчиво подсказывало, что Бан Фухуо перед ним совсем не та милая девушка. Возможно, что все, начиная с озерца, было лишь галлюцинацией, и доули не спасла его голову от солнечного удара.
Он сделал задумчивый вид, осматриваясь по сторонам. Пропуская мимо ушей ее провокацию, он притворно озадаченно спросил:
– Бан Фухуо, а где это мы? Кажется, я был в совершенно ином месте.
Девушка смешно поморщилась, показывая всем видом, что недовольна.
– Ты, Фэй, просто не разглядел впереди рисовые поля. Обернись.
Юноша точно помнил, что после поля шел лес, никак не рис. Он не был слепцом, чтобы перепутать. Ян Фэй оглянулся и увидел подобие поля, по которому он шел, да вот только леса, который был по ту сторону дороги видно не было, как и самой дороги.
Тон Фухуо становился все резче и резче, она убрала с лица детскую обиду, заменяя ее искренней злостью. Лекарь отступил от нее на шаг назад, понимая, что против воли ввязался во что-то странное.
– Фэй! До сих пор не веришь мне!? А я не верю тебе, предатель!
Ян Фэй ожидал услышать нечто подобное. Его стали выводить на эмоции, и делали это так уверенно. Лекарь отступил еще на пару шагов, но девушка стала наступать. Вокруг нее будто стала клубиться черная аура, может Ян Фэй ее не видел, но определенно чувствовал. Теперь он точно знал, что перед ним не Бан Фухуо, а что-то нечеловеческое.
Он не мог ничего сделать, ведь даже не знал, как действовать в таких ситуациях. Черты лица девушки стали искажаться, но все еще напоминали Бан Фухуо.
Неожиданно перед глазами Ян Фэя замаячил белый огонек, который на удивление было видно в свете дня. Огонек закружился вокруг юноши, а после полетел от него в рисовые поля и остановился, снова кружась.
Ян Фэй увидел в этом попытку позвать за собой. Он ринулся бежать к огоньку, пока вслед ему звучали гневные слова искаженным голосом Фухуо: