Юноша делал успехи, потому сразу попал к старейшине, который взялся за него, начав учить всему, что знал сам. Тогда Ян Фэй стал понемногу вникать в тему нечисти и духов. Он до сих пор помнил о Цзы Цай и тех странных пятнах на ее руках, которые оказались похожи на скверну.
Он хотел отплатить духу за помощь помощью, потому стал ломать голову, как вылечить ее от скверны. Его шифу заметил неясную деятельность юноши, а после расспроса, ничего толком не узнав, все равно стал помогать Ян Фэю в этом деле.
Но уже закончив долгую и нудную работу над лекарством, Ян Фэй так и не смог временно покинуть Жолин и встретиться с Цзы Цай, ведь последовал ряд событий, который удержал его в клане на довольно большой срок.
Ян Фэю исполнилось двадцать три, когда он стал старейшиной, выбранный отошедшим от дел своим шифу, ушедшим в странствие. Юноше на плечи свалилась куча обязанностей и незаконченных дел, но к этому прибавлялось и обучение новоприбывших учеников.
Разбираясь со всем днем и ночью, Фэй ждал удачного момента, чтобы уйти, и такая удача подвернулась. Он назначил своим временным заместителем старшего адепта, а сам ушел под предлогом найти редкий цветок.
Свобода встретила его, нежно обняв, как родного. Было трудно найти то место спустя несколько лет, но Ян Фэй был серьезно настроен. Он пробирался через ту самую степь, пробуждая воспоминания былых дней.
Несмотря на то, что прошло столько времени, Ян Фэй хотел верить, то дух был все еще жив, ведь для них время течет иначе, как и для демонов…
Лекарь в моменте чуть не наступил на спрятавшиеся воды озера. Он взял на руки сумку, обняв ее, боясь, что что-то может из нее выпасть, пока он будет в воде.
Решительно шагнув воду, он снова ощутил то странное чувство, когда ноги и голова меняются местами. Ждать долго не пришлось, и совсем скоро он оказался на поверхности, и перед ним вновь предстала милая Фухуо.
Фэй не мог поверить, что до сих пор не отпустил ее. Он уже намного больше знал о Хуаньинг, потому и понимал, что перед ним не живой человек, а пангуо, притворяющиеся им. Он даже слушать ее не стал, сразу начав идти от озера, надеясь увидеть Цзы Цай.
Ян Фэй прошел уже достаточного далеко, не теряя веры, что найдет Цзы Цай. Он бы вскоре отчаялся, если бы не увидел почти погасший темно-фиолетовый огонек при свете дня. Он почувствовал укол вины, видя ее такой.
– Цзы Цай? – на всякий случай спросил он.
Перед ним стал появляться тусклый образ девушки, которая по-прежнему улыбалась ему.
– Да, Ян Фэй, – радостно отозвалась она.
Она старательно прятала тело, даже пятна, образовавшиеся на лице, пыталась скрыть каштановыми волосами.
– Я уже не Ян, а Лин, – сухо ответил он ей, копошась в сумке, – Теперь я старейшина клана, а не простой мальчишка.
Схватив склянку с нежно-розовой жидкостью, лекарь показал ее Цзы Цай. Та вскинула бровь, заинтересованная в вещи:
– Ну и что ты мне показываешь, старейшина Лин?
Ян Фэю стало как-то некомфортно, он отвел взгляд, думая, как представить ей лекарство.
– Это против скверны. Разотри по коже, и она пройдет. Я обещаю, поможет, – последнее он добавил для убедительности.
Цзы Цай поколебалась. Она осторожно взяла колбу, не касаясь пальцами Ян Фэя. Девушка медленно открыла ее и понюхала, поморщившись.
– Ну и смердит же! – возмутился дух.
Лекарь неожиданно для себя вышел на эмоции:
– Делай, если хочешь избавиться от скверны и не сойти с ума! Смердит, не смердит – плевать!
Девушка в ответ воскликнула:
– Отвернись тогда хотя бы для приличия!
Ян Фэй отвернулся и сел на траву, скрестив руки на груди, пока Цзы Цай задрала рукава и попробовала нанести жидкость на пятно, находящееся на тыльной стороне руки. Кожу стало жечь, но темный цвет стал расстворяться и постепенно пропадать.
– Действительно помогает, – пробормотала она.
– А я говорил!
Когда она наконец полностью избавилась от скверны, позволила Фэю повернуться обратно и оценить результат.
– С чего это старейшина Лин решил вернуться и помочь этому ничтожному духу? – улыбнувшись, самоуничижительно спросила она.
Лекарь не стал отвечать на ее вопрос, посчитав его глупым.
– Не стоит отзываться так о себе. И зови меня уже нормально! Я все еще не старик!
Они еще какое-то время пробыли вместе, понимая, что общество друг друга их не напрягает. Подколки Цзы Цай в ответ очень нравились лекарю. Редко, когда кто-то отвечал ему тем же. Но вместе с тем их разговор обретал глубину и искренность, что было безумно приятно.