— Странно на самом деле, что нас оставили одних. Даже если так подумать, то мы вполне можем что-то украсть и сбежать. Да и, вообще, откуда такое безусловное доверие? — он пустился в рассуждение, что удивило девушку, которая до этого вытягивала из заклинателя чуть ли не каждое слово.
Юй сидела напротив. Сама комната была весьма просторной, кровати стояли по две стороны от окна, откуда лился свет на стол под ним, хотя, чтобы пройти от одной стены к другой хватило бы четырех шагов.
— Я же и говорю. Жолин лишь снаружи выставляет себя таким ответственным и защищенным. Он лишь старается казаться таким, чтобы никто в него, не дай Бог, не полез, но, когда приходишь уже не первый раз, легко замечаешь, что большинству наплевать на безопасность и сохранность собственных вещей! Наивность, которую не превзойти! Имей нефрит и уже не столь важна становится правда о твоей личности!
Лий подумал: «если у Жолин была непревзойдённая наивность, то у Юй была непревзойденная болтливость.» Хотя он вполне мог бы сказать, что девушка умело управляла ей, там, где можно она говорила, где стоит молчать – молчала.
— То есть то, что тебя преследовали дети – лишь на показ? – с иронией спросил Лий. – Как еще никто не понял здесь, что ты не человек?
Они никогда не поднимали вопрос о природе Юй, потому выражение лица того на мгновение застыло. Пусть она множество раз упоминала свою смерть, но к тому, что заклинатель так прямо скажет о ее происхождении, готова не была.
— Они никогда этого не поймут, — чуть помрачнев лицом, ответила Юй, – Лишь Хонхэ имеет четкое представление, как я выгляжу, кто-то из того клана однажды увидел меня, когда я… — демон опустил голову, и пересилив себя, продолжил: — Убивала.
Она ожидала любой реакции заклинателя, но получила лишь короткое:
— Понятно.
Лий все понимал с первых минут, потому сейчас особо не был удивлен прозвучавшими словами Юй. Он не позволял себе никого осуждать, зная, что всегда, к любому совершенному делу или преступлению есть мотив. И у злых духов не стоило быть разведчиком, чтобы найти его, так как те рождались из сильных негативных чувств при смерти. Но ненавидеть их ему это не мешало.
Заклинатель вздохнул и лег на кровать, положив рядом с собой меч. Он сам не заметил, как стал после ухода из клана спать с мечом, будто готовый, что во сне на него нападут, ведь подобное произошло с его учителем когда-то.
Услышав шевеление, Юй выпрямилась, видя, что заклинателю действительно безразлично ее признание. Она не понимала, что ощущала в этот момент, с одной стороны появлялось облегчение, а с другой — тревога. Возможно, Юй слишком резво замахнулась на такие откровенные слова. Неожиданно девушка заметила, как Лий повернул к ней голову:
— Все мы не без греха, — повисло в комнате, завлекая за собой тишину.
Юй не знала, что на это ответить. Она могла бы съязвить и спросить, чего же такого наравне совершал Лий, но знала, что будет не к месту. Любое ее слово сейчас было бы не к месту. Лишнее и вульгарное оно бы осело и пропало.
Странник вернул взгляд в потолок, а после и вовсе закрыл глаза, предвкушая сон. До сих пор он не понимал, почему ему не было боязно приходить в столь уязвимое состояние рядом с демоном. И, с чем еще Лий не мог определиться, так это с тем, предал ли он клан или нет? Ответ должен был быть очевиден: «да», но заклинатель не верил в него. Сам клан давно предал его, так почему, сейчас могло быть наоборот? И не считая одну вещь, от которой Лий хотел бы избавиться, он давно не был ни коим образом связан с Хонхэ.
Заклинатель быстро погрузился в сон, забывшись. Во сне время шло быстро, особенно, когда перед глазами стоял мрак. Стоит только закрыть глаза, потерять все чувства, как уже просыпаешься и обретаешь все назад, начиная новый бесполезный день.
Лий почувствовал, как его трясут за плечо. Он резко открыл глаза и посмотрел на делающую это Юй. Ту удивило или даже испугало выражение лица заклинателя, но она не подала виду, сказав:
— Ли Яо, старейшина пришел и, похоже, не один.
Лий сразу же резко сел на кровати, отчего у него мельком потемнело в глазах.
— Почему не один? – тихо спросил он, еще не совсем понимая происходящее.
Демон слабо посмеялся с его реакции и ответил:
— Шаги.
В этот же момент в комнату постучались, и заклинатель быстро встал на ноги, поправив слегка смятую одежду, а после повязку на глазах. В следующий миг он ровно встал на ноги, как ни в чем не бывало, обратив внимание на дверь. Пусть лодыжка все еще не затянулась и побаливала, столь сильной боли, как ранее, рана больше не вызывала, потому Лий даже вновь сровнял свою походку и больше не хромал.