Тяжело вздохнув, заклинатель зажмурился, и простояв так некоторое время, вновь побрел по тропе. Голова начинала побаливать, но Лий не замечал этого. Такие боли у него были зачастую, потому он уже не обращал на них внимания.
Когда тропа закончилась, вводя странника к основной дороге, тот покорно пошел по ней, не имя желания искать новый вычурный путь, прибегая к простому.
Хотя у Лия вовсе не было цели, можно сказать, что он был в бегах от прошлого, людей оттуда и от себя. Он не хотел ни к чему возвращаться, потому никогда не оглядывался назад, хотя один важный в его жизни до того человек сказал бы, что так делать неправильно, потом стал бы причитать и учить, как нужно.
Тот человек бы провел целую лекцию Лию почему так делать нельзя, что из этого следует, и как это избежать, а странник бы выслушал его, хоть его советам не стал бы следовать, сделав все, как всегда, по-своему. Таким человеком мог быть лишь его незаменимый учитель – Хэ Жиншуи.
Солнце успело выйти из пожара, а голубое небо потушило горящую зарю. Лий только сейчас осознал, что все это время ходил без повязки на глазах, а ведь сколько людей уже успело его повидать? Он, немедля, вернул повязку на глаза, достав из сумки.
Странник почувствовал раздражение из-за своей неосторожности. Раньше он никогда не позволял себе такого, но, видать, вино, затуманившее разум, сыграло с ним злую шутку.
Заклинатель успел тридцать раз пожалеть о содеянном, упрекнуть себя и даже разозлиться. Иногда казалось, что ему сложно контролировать свои эмоции, и это на самом деле было так. Лий не мог с ними справиться, потому часто вымещал их на чем-то, но чаще всего на себе, либо подавлял. И весь негатив копился, копился, а потом в один день выливался фонтаном.
В один период жизни странник учился специально контролировать выражение лица, но, кажется, это все равно не особо у него получалось.
Он уже долгое время шел, и стал замечать, как повозки проезжали все реже и реже, хотя в самый разгар дня их должно было быть несчитанное количество, ведь эта дорога вела из города в город, как помнил Лий.
Впереди постепенно открывалась развилка на двое. Заклинатель сразу решил идти прямо и не зацикливаться на выборе, потому что в любом случае рано или поздно он куда-то да пришел бы.
Посреди двух расходящихся путей стал виден знакомый Лию силуэт. Сначала заклинатель насторожился, вспоминая, где видел этого человека, а по мере приближения узнал мужчину, жившего в той деревне, откуда он шел.
Тому мужчине не было и сорока, он, часто уезжая, приходил в храм и молился, чему Лий был свидетелем, именно из-за этого они виделись довольно часто, и заклинатель запомнил его фигуру.
Странник особо не интересовался нескончаемыми поездками прихожанина, но из коротких разговоров, на которые его пытались вывести, он узнал о том, что мужчина занимается торговлей и часто ездит в близлежащий город.
Рядом с ним стояли две лошади и телега, а сам он сидел на камне, смотря в землю, похоже, глубоко задумавшись. Лий надеялся, что тот его не увидит, пока он будет проходить мимо, но все его надежды порушились, когда знакомый поднял на него голову и произнес:
– Даочжан*, вы, что ли?
Лий выругался про себя, но остановился. Притворяться глухим было бы слишком глупо. Стоило вместе со слепотой изначально прибавить к своим выдуманным болезням еще и глухоту.
– Приветствую, – заклинатель подобающе поклонился.
Торговец встал с камня, и вторя ему, также поклонился. В следующих его словах Лий распознал интерес и беспокойство:
– Даочжан, куда вы держите путь? Почему ушли? Что-то случилось? – пока вопросы не засыпали его уши до краев, Лий поднял руку в знаке замолчать, что сработало и остановило торговца.
– Не говорите чушь, – он нахмурил брови.
Торговец вздохнул и опустил голову. Лий уже думал идти дальше, ждать ему было нечего, но внезапно тревожный голос мужчины снова остановил его.
– Вам лучше не идти по этим дорогам. Я услышал в городе, что там поселился демон! Чудо уберегло меня от него!
Лий не поверил его словам. За все время жития среди простых людей, он понял, что те слишком суеверны и глупы, чем вызывали каждый раз раздражение. Этот случай не был исключением. Невольно в груди заклинателя появилось жгущие, неприятное чувство.
Да, конечно, когда он был еще в клане, многие письма были не выдуманы и отражали действительность, но и исключений было достаточно.