Шисюн растерялся, но спохватился и вернул руку обратно. Он хмуро посмотрел на шиди, но, когда сквозь сходящую пелену заметил что-то странное в стороне, обратил свой взгляд туда, повернув голову.
На полу лежало белоснежное, словно фарфор, прикрытое театральными одеждами тело девушки, оборванное кусоком шеи, и сама ее голова с подобающим головным убором. Глаза существа в тот же момент метнулись к Мэйли, а рот со смазанной помадой растянулся в хищной улыбке. Заклинатель тут же напрягся и выкрикнул, стирая рукавом след от помады:
– Ничего тебе не светит, даже не мечтай!
Он хотел было встать и сам изгнать тварь, но, когда только собирался это сделать, со стороны что-то за сияло, после чего тело злого духа обратилось в прах, в который упала дорогостоящая на вид шпилька.
Дан резкими шагами прошел к ней, и взяв в руки, с треском разломил пополам.
Мэйли в замешательстве с интересом следил за своим шиди.
— Я не думал, что ты такой смелый, — само как-то сорвалось с его губ, — Оказывается, имя, данное человеку как-то да влияет на его личность.
Демон на самом деле был страшный, и мало того, что в иллюзию вводил, так и для тех, кто не попался под его чары, он виден не был, лишь в зеркале можно было что-то уловить. Приводило в большое удивление, что кто-то еще столь маленький и немудренный опытом смог так легко распознать эту тварь.
На их задании, кажется, все было легче. Демон причинял лишь дискомфорт хозяйке дома, а ее муж не верил в ее предположения о злом духе, за что на ту осыпалась значительная доля осуждения, что вызвало более сильное проявление демона, который в одну ночь пришел самолично хозяйке, и она уже решилась вызвать заклинателей, чего муж не знал.
По итогу, как показалось Мэйли, демон слишком легко сдался, дав поймать себя в зеркале. Только вот, какое совпадение, его дух был пойман в мешочек для отдачи в клан, и именно адепт Фэй должен был хранить его у себя, пока они не вернулись в клан. Легко понять, что тварь реагирует на негативные чувства, и, видимо, выбрала своей второй жертвой именно Мэйли еще до того, как была поймана, так как увидела больший источник силы. А после всех последних событий уже было не так сложно понять, почему она смогла так просто состроить столь сильную иллюзия, еще и обездвижив заклинателя.
Дан вновь принял свой привычный вид и кинул на пол части шпильки.
— Шисюн меня недооценивает, — заверил он, чуть нахмурившись, — Ты видишь во мне ни на что не спобного ребенка.
Мэйли усмехнулся, и покачнувшись, поднялся на ноги, встав перед младшим. Он протянул руку и дал ему щелбана. Дан обидчиво фыркнул и потер лоб.
— Лучше б ты себя так самоуверенно вёл всегда, а не чтобы пофигурничать предо мной, – закатил глаза шисюн.
Он старался вести себя, как обычно непринужденно, но страх все еще комком стоял в горле. Юноша приложил руку к ране и поморщился, почувствовав жжение. Мэйли осмотрелся и вздохнул, думая заговорить, но шиди опередил его, успев уже откуда-то достать мазь, которая залечила бы рану:
– Шисюн, держи.
Мэйли неуверенно принял мазь из рук Дана.
– А, спасибо, – и вернувшись к сбившимся мыслям, задумчиво произнес: – Прибраться надо бы.
–
Из-за затянутого облаками неба даже не было ясно, когда действительно началось утро. Лий находился в каком-то забвении, пропускал все слова Юй мимо. Он распознавал ее встревоженный тон, чувствовал взволнованные взгляды, но никак не реагировал. Дрожь пробивала насквозь и прекращаться не хотела. Еще никогда заклинатель не прибывал в таком ужасающем состоянии, даже после смерти учителя…
Сейчас ему казалось, что все вокруг — это сон. Что, начиная с того вечера в храме, когда он напился, все стало сном: и встреча с Юй, и с Лин Фэем и Цзы Цай, и ее смерть, и поход в Жолин, и собственная попытка прервать жизнь… Но простым видением это все же не могло быть, ведь уже на протяжении двух лет Лий мучался бессонницей, и те два месяца, проведенные монахом в храме не были исключением… Тогда… все было правдой? И даже девушка, которая сейчас волновался за него, тоже существует? То есть, кто-то действительно может волноваться за него? Кто-то действительно хочет, чтобы он жил? И этот кто-то — демон, с которым они случайно встретились несколько дней назад?
Оставался лишь один вопрос: «Почему?» Почему ей не плевать? Это был самый противный и страшный вопрос, который всегда хотелось задать, а вот слушать ответ нет. Лий боялся его больше себя, а себя, после всего произошедшего, он боялся до сорванного дыхания, онемевших конечностей и тряски.