Прибыв на место, они остановились в доме, где никто не поживал. Сначала план был обойти деревню, а после осмотреть её границу и лес неподалёку, откуда, кажется, и случались нападки.
В один день, когда уже стало понятно, что пора идти в лес и искать причину там, трое заклинателей решили отправиться ночью. Мин Хуан тогда шёл уверенный в себе и делах:
— Да раскидаем мы их! Когда это какие-то злые духи становились препятствием?
На улице стоял вечер, опускались сумерки, и в лесу за кронами деревьев становилось мрачно и холодно, хоть и был самый разгар лета.
— Ну что ты такое говоришь? Сейчас ещё накаркаешь, — возразил Хэ Жиншуи. Он шёл посередине, впрочем, как всегда, соединяя.
Сын главы Люмин закинул руку ему на плечо, и вскинув бровь, насмешливо произнёс:
— Хэ Жиншуи, чего ты такой зануда?
Жиншуи скинул его руку с себя и покачал головой:
— Я не зануда.
— А кто сегодня утром всё время нудел, что говорил сразу идти в лес? — посмеиваясь, спросила Юй.
Хэ Жиншуи, улыбнувшись, закатил глаза.
— Ну я, ладно. Но ведь я был прав, мы в деревне так ничего и не нашли. Да логично было идти сразу сюда. Нам же сразу сказали, откуда демоны выходят.
Резко Ань Юй споткнулась обо что-то и чуть не упала. Она обернулась и в моменте застыла. Остальные тоже встали на месте, и Мин Хуан раздражённо позвал:
— Ань Юй, ты чего встала?
Та оглянулся на них и указал на каменную плиту, об которую споткнулась:
— А это разве не могила?
Хэ Жиншуи подошел ближе и присел, всмотревшись. Он заметил вырезанные на ней иероглифы имени и согласился:
— Да, похоже, — их с Юй мысли совпали, и он уточнил: — Думаешь, из-за кладбища животные с ума сошли?
Ань Юй кивнула:
— Да, я уверена в этом. Притом кладбище скорее всего старое и...
Ее перебил подошедший Мин Хуан, который не хотел оставаться в стороне, но ничего добавить не мог:
— Вы чего над камнем встали? Что в нём интересного? Делать, что ли, больше нечего?
Хэ Жиншуи и Ань Юй переглянулись.
— Тут старая могила, — пояснил будущий глава Хонхэ, — Значит, где-то рядом должно быть кладбище. Стоит и туда сходить.
Сын главы Люмин возмутился:
— Да вам что, делать больше нечего, кроме как разглядывать могилы? Пойдемте.
Всё же они пошли дальше. Хэ Жиншуи раздумывал, как можно очистить кладбище. Если всё действительно шло оттуда, то волки были лишь первой возникшей проблемой... Но ведь они не могли втроём начертить печать аж во весь лес и активировать её, на то нужно было звать старейшин, ведь только они обладали такой возможностью.
Вот знал же он с самого начала, что всё не так просто, как кажется на первый взгляд. И почему его снова никто не стал слушать?
Они дошли до опушки и там остановились. Настала ночь. Нужно было разбить на ночь лагерь. Изначально трое договорились, что пока один будет караулить, остальные будут спать. Так и сделали. Первой очередь выпала Ань Юй, та без возражений осталась следить за окружением.
Прошло около ши, и следующим встал на пост Мин Хуан. Сын главы Люмин не особо горел желанием сидеть и ждать смены. Через какое-то время он уже заснул.
Но, как ни бывало, раздался волчий вой, от которого Мин Хуан сразу же очнулся и кинулся к Хэ Жиншуи, чтобы разбудить того. Ничего не понимающий тот не сразу среагировал, когда был уже утащен куда-то глубоко в лес. Он настолько потерялся в происходящем, что даже не понял, что с ними нет Юй, а когда увидел уже было поздно — они были далеко.
— Мин Хуан! Где Ань Юй?!
Мин Хуан не отозвался, продолжая тащить за собой друга. Тот дёрнул его и остановился, вцепившись в плечи Хуана пальцами, встряхнул его:
— Где Ань Юй?! — снова спросил он, но тут же ему закрыли рот рукой:
— Тише.
Хэ Жиншуи остолбенел. Он округлившимся от злости и страха посмотрел на Мин Хуана. Будущий глава Хонхэ вмиг рванулся обратно, но друг снова схватил его за руку и не дал уйти.
Хэ Жиншуи не мог в этот момент думать здраво. Он готов был собственными руками задушить Мин Хуана за то, что тот оставил человека одного на верную смерть. Он готов был сам отдаться на съедение. Но всем было понятно, что вернуться уже не получится. Даже ему.
Из деревни они уехали скоро, предупредив местных, что требуется помощь. Хэ Жиншуи наотрез отказывался общаться с Мин Хуаном, а если и приходилось, то делал это с большой неохотой. Если же сам Мин Хуан делал какие-либо попытки начать разговор, то будущий глава Хонхэ либо игнорировал его, либо кричал, выводил на ссору.