Он думал, о том, почему всё это происходит, для чего равные люди, исповедующие одну веру и живущие по одному устрою, бьются и убивают друг друга? Бог не видел во всём этом смыла. Столько людей умирает, но ради чего? Для чего происходят войны? Неужели ради ничего незначащей славы победителя?
Имя Синьяна означало «вера», но та в нём стремительно гасла.
Во время войн Цианшижи запрещал сходить с Небес, но Синьян не подчинялся этому правилу и в тайне сбегал. Он сам не понимал, зачем смотрел на это месиво, но была некая надежда найти живого человека и спасти его, хотя Третий Бог знал, что такого скорее всего не случится.
Он шёл аккуратно, наступал лишь на промежутки, где когда-то была зелёная трава. Должно быть широкое и зелёное до битвы поле выглядело прекрасно, но не сейчас.
«Сломанные игрушки,» — возникло определение в голове Синьяна для людей, чьи руки и ноги были вывернуты в разные стороны. Когда-то в детстве, очень давно, ему дарила мать кукол на шарнирах, чаще это были солдаты или всякого рода чиновники. Синьян смотрел на них, играл с сестрой, потом в один момент мог случайно вывернуть крепление одного из шарниров, и тогда у игрушки ломалась рука, или неестественно изгибалась нога. В то время это не пугало Бога, ведь то были простые куклы, они не были живыми, пусть иногда и разговаривали его голосом, под пеленой фантазий делали что-то, а теперь всё изменилось — сейчас это были живые люди с судьбами, душами, сердцами, но и ломали они себя сами...
Синьян стиснул зубы и утер рукавом слезы, текущие по щекам. Каждого человека ему было до невозможности жаль.
А ведь война между заклинателями была ещё страшней, чем война между простыми людьми. Представить только, как больно, когда на живом теле используют печать изгнания, как человек мучается в предсмертной агонии. Даже думать об этом было невыносимо.
«Хаос» — только так можно было назвать то, что видели глаза Синьяна.
На красной и мрачной поляне, идущей за горизонт, мелькнуло что-то белое, будто свет. Бог встал на месте, озадаченный вспышкой. Он проморгался и заметил вдалеке, как прямиком к нему летит белый огонёк. Синьян сразу понял, что это душа и неосознанно попятился назад, не желая видеть её, но споткнулся, и не удержав равновесия, свалился наземь, испачкав и руки, и одежды окончательно.
Душа добралась до него и закружила кругами. Третий Бог сжался и сложился пополам, обняв колени. Он мысленно прогонял огонёк, но тщетно, ведь его мысли слышны тому не были.
В конце концов пришлось поднять голову. Синьян посмотрел прямо на остановившуюся у его лица душу и сиплым голосом спросил:
— Что тебе нужно? Что ты от меня хочешь?
Огонёк провисел на месте, а после поплыл в воздухе куда-то вперёд и не так далеко остановился. Было нечего поделать, Синьян встал на ноги и посмотрел на свои ладони в красном. Руки крупно задрожали.
Бог пошёл кривой походкой к душе, ожидающей его на месте. Когда он подошёл, огонёк сделал один круг вокруг него и полетел дальше. Так, спустя остановки четыре душа привела Синьяна к своему телу...
Третий Бог застыл на месте, смотря на тело сверху-вниз. Ком встал в горле, а слезы снова полились по щекам. Синьян упал на колени, а душа заметалась у его лица.
— Что ты от меня хочешь? Я ничего не смогу сделать!
Огонёк резко остановился, отлетел и повис над телом, отвечая на вопрос. Синьяна бросило в холодный пот.
— Я-я... Нет, нет, нет, нет, нет... Я не могу! Мне нельзя!
Третий Бог закрыл руками лицо, но почувствовав смрад крови прямо у носа, вспомнил, что руки были в ней, а теперь и лицо. Синьян с ужасом постарался вытереть лицо, но не получалось, и Бог совсем отчаялся...
Огонёк снова стал лететь вокруг него и указывать на своё тело. Синьян видел это и уже не мог просто встать и уйти... Ему нельзя было оживлять людей, то было против Небесного закона, ведь оживший заново человек — уже демон. Да и эта душа в скором времени стала бы злым духом, раз уже была видна и осознавала происходящее... Ситуация была патовая.
Стиснув зубы, Бог поймал душу и резким, но рваным движением вернул её в тело. Человек сразу же резко открыл глаза и приподнялся, хватая воздух ртом. Правда, Синьян уже знал, что это не человек, а демон...
— Я жив! — воскликнул демон и сразу же закашлялся.
Синьян сидел каменной статуей, не понимая, что делать дальше.