– Никогда не видела таких линий, – произнесла она, наконец.
– Что с ними не так? – я улыбнулась. Мне было интересно, как выкрутится цыганка, когда я скажу, что моего прошлого в этом мире нет.
– У тебя линия жизни оборвалась и началась снова, – она подняла на меня бездонно-черные глаза. – Как такое может быть?
– Все правильно. Я утонула. А потом начала новую жизнь. Загляни в мое прошлое и ты все поймешь.
– Нет у тебя прошлого, – цыганка покачала головой. – Совсем нет.
– А будущее хотя бы есть?
– Будущее есть. Ты будешь вхожа в королевский дворец.
– Фи, удивила, – я скривила лицо. – Я туда уже вхожа. А иногда даже с ноги. Видела разрушения в королевском замке?
Цыганка кивнула.
– Моя работа.
– Кто же ты такая? – пришло время ей удивляться.
– Я та, что поразила Черного рыцаря в самое сердце, – конечно же, я имела в виду умение влипать в неприятности.
– Угораздило же тебя, – цыганка поцокала языком. Взяв мою руку, она еще раз взглянула на нее. Поводила пальцем по линиям ладони. – Теперь он от тебя не отстанет. Слово мастера.
– Какого мастера? – я перестала смеяться, услышав то, что тревожило меня в последние дни. Она упомянула Слово Мастера! Я сделала вид, что не понимаю, о чем говорит гадалка. – Что за слово?
– Мое слово. Я мастерица видеть будущее. А я вижу, что ты все-таки потеряешь голову.
Вот и погадали. Я поторопилась сунуть гадалке монету и убежать.
Глава 11, в которой я едва не поссорилась с капитаном
Последние слова цыганки меня напугали. Знает ли она, какого рыцаря я имела в виду? Догадывается ли, что под доспехами прячется палач? Тесное знакомство с лордом Ирвиком грозило закончиться на плахе. Мне сделалось страшно. Зря я затеяла игру с Черным рыцарем. Не надо было вовлекать его в нашу рекламную кампанию. Лучше держаться от него подальше.
Удержаться на расстоянии от Черного рыцаря не получилось. И хотя я не успела испечь торт с лодкой и алым парусом, остановить начавшийся процесс оказалось невозможно.
В виду потери важного члена команды, было решено не возвращаться домой. «Удильщик» завис над постоялым двором, где капитан снял для меня комнату. Я всячески убеждала его, что могу переночевать на борту, и постель нам делить не придется, даже показала прихваченное с собой покрывало, но старик оказался неумолим.
Только утром я поняла, почему он проявил такую твердость.
Хотя мы расстались с капитаном далеко за полночь, явиться на работу он потребовал рано. Надо было помочь с выпечкой сдобы и уложить простой хлеб в сундуки. Я подергала за колокольчик, спущенный с лодки специально для меня, и старик скинул мне веревочную лестницу. Юбку пришлось заправить за пояс и светить на всю округу панталонами. Хорошо, что постояльцы еще спали, иначе я не обралась бы стыда.
«Удильщик» висел низко, а я лезла с высоты второго этажа, но ноги так дрожали, что я рисковала в любой момент сорваться. Даже когда дед перегнулся через борт и подал мне руку, втащить на судно с первого раза не получилось. Непривычное дело далось с трудом.
Капитан снял шляпу и вытер пот со лба – попробуй, подтяни такую кобылу. А я, подняв на него глаза и увидев, что он с собой сотворил, закатилась от смеха.
– Ты сейчас всех перебудишь, – недовольно пробурчал Рут Талбах.
– Вы покрасились?!
– А что такого? – капитан засунул пятерню в свои почерневшие от черемницы волосы и гордо тряхнул головой. Я вспомнила истинное предназначение травы. Так вот почему старик настоял, чтобы я спала на постоялом дворе! Он не хотел, чтобы я застала его за процессом «омоложения».
– Вы влюбились в травницу! – догадалась я.
– Перестань говорить глупости, – проворчал он, подтягивая и закрепляя веревочную лестницу.
– А зачем тогда все эти преображения? – я заметила, что и одежда на капитане новая. Старой оставалась только фляга, торчащая из кармана штанов.
– Мы с тобой поднимаемся на новую ступень. Теперь удильщики не просто торговцы хлебом, но и королевские кондитеры. Должны соответствовать.
– Мы еще не знаем, какого добились результата. Вдруг нас ждут с настоящим топором?