– Ничего я не вынюхиваю. И не смей называть меня русалкой. Я, в отличие от тебя, индюка, просто человек. И вообще, не смей ко мне подходить со своими поцелуйчиками. Мое сердце отдано Черному рыцарю.
Выхватив из пивной кружки забытый цветок, я помахала им перед носом Красавчика и выбежала из каюты.
Старик зашелся смехом, переходящим в кашель.
Утром «Удильщик» отбыл так тихо, что я не проснулась даже при открытом настежь окне. Почувствовав волю, первым делом побежала купаться. Наплескавшись в прохладной воде и выполоскав заодно кое-какие вещи, накрыла завтрак на веранде. Впервые в этом мире мне выпала возможность бездельничать.
Зря капитан оставил меня одну. Он, видимо, давно не жил с женщинами и забыл, насколько они любопытны. Исследовав все пространство вокруг, я обратила внимание, что дом имеет еще один выход, с торца здания, причем сразу в реку. Неужели Рут любит сигать в воду прямо с порога? Возможности подобраться к запасной двери по суше не было, поэтому я, покрутившись, сдалась. Снова заходить в воду лишь для того, чтобы подергать за ручку двери, не хотелось.
Я взяла плед и, растянув его на пристани, легла позагорать. Конечно, оставшись в одном купальнике. Меня же убедили, что никого без приглашения капитана здесь не будет. Не думаю, что он позвал бы гостей, не предупредив меня. Накрыв лицо старой капитанской шляпой (он предпочитал теперь треуголку), я задремала. Солнце было не настолько ярким, чтобы я сгорела.
Проснулась от того, что кто-то тронул меня за ладонь и прошептал: «Найди моего сыночка». Я вскочила точно ужаленная, но вокруг никого не было. Я с облегчением выдохнула, решив, что мне все приснились. Но сердце вновь пустилось вскачь, когда я почувствовала на руке влагу. И именно там, где ее касались чужие пальцы.
Вполне возможно, что я уронила руку во время сна и коснулась воды, но я потеряла покой. Внутренний голос требовал убедиться, что я просто накручиваю себя. Нет ничего таинственного ни в двери, которая выводит к реке, ни в самом доме. Ну не любит капитан, чтобы посторонние входили в его комнаты, и имеет полное право запирать их на ключ. Да, я еще утром потрогала обе ручки, не удержалась.
Я поднялась и принялась ходить по пристани туда-сюда. Хотела я того или нет, но мой взор все время обращался в сторону странной двери. Все во мне кричало, что закрытые комнаты и приснившийся женский голос, говорящий о ребенке – единое целое. Я долго вела внутреннюю борьбу, уговаривая себя не паниковать, но проиграла.
– Я только удостоверюсь, что дверь заперта, и сразу назад, – дала я себе установку и быстро собрала волосы на макушке.
Малыш Хакли предупредил меня не входить в комнаты капитана, но никто не запрещал мне воспользоваться черным выходом. Нырнув с пристани, я, борясь с течением, поплыла к дальней стороне дома.
Дом был построен таким образом, что большая его часть нависала над рекой. Будто капитан был твердо уверен, что наводнения случиться не может. Однако совсем рядом находились горы, где по весне происходило таяние снегов. Странно, что капитан проявил такую неосмотрительность.
Ой, а вдруг все, что я вижу – это иллюзия? Дом стоит не у гор, а где-нибудь на равнине у озера. Или вообще находится на острове. Уж очень полет между лопастями мельницы походил на вход в портал.
Доплыв до нужного места, я нащупала ногами илистое дно и пошла вперед, в заводь, раздвигая грудью болтающиеся на поверхности воды кувшинки. Разыгравшееся воображение рисовало все более сюрреалистичные картинки. Я видела капитана великим магом, который открывает порталы в любую точку мира. Но если он способен на такое, зачем ему воздушные суда? Или, выражаясь более точно – зачем дракону крылья, если он может попасть по щелчку пальцев в любую точку мира?
Дойдя до крыльца, я обнаружила ступени, утопленные в воде. Поднявшись по ним, я нажала на ручку и… дверь открылась. Небольшой коридор вел к двум комнатам. Я сунула нос в первую и убедилась, что попала в кабинет капитана: на противоположной стене виднелась еще одна дверь. По обе стороны от нее, словно стражи у врат, замерли высокие книжные шкафы. В них, помимо книг, нашли место различные морские приборы.
Письменный стол был завален бумагами, из-за чего комната имела довольно неряшливый вид. Я бы тоже не захотела показывать такой беспорядок своим гостям. В углу пристроился огромный диван, на котором лежали постельные принадлежности, свернутые в рулон. Создавалось впечатление, что старик предпочитал спать именно здесь. Я уже хотела уйти, понимая, что вторая комната – это спальня, но...