Миссис Дейт рассмеялась над гримасой, которую состроила ее старшая дочь:
-О, дорогая, мы сами до сих пор в шоке, но твоя сестра действительно обручена, - вскричал Брайн.
- Сегодня Эрик приедет к нам на ужин, вчера он ездил с Трикси к вашему отцу, чтобы просить ее руки.
- О, разве это все еще делают, - Эн закатила глаза, - я думала, что ритуал с благословением от отца давно вышел из моды.
- Трикси настояла, чтобы он это сделал, - ответил Брайн, - мы с Амандой тоже были слегка этим шокированы, так как они отказались от традиционного ужина с друзьями и родственниками, чтобы объявить о помолвке.
- Кажется, я много пропустила, пока находилась заграницей, - отметила Эн, улыбнувшись.
- Где твой чемодан, дорогая?- спросил Брайн.
- Я налегке, так что только эта сумка.
- О, а мы с Брайном надеялись, что ты погостишь у нас хотя бы неделю, - расстроено сказала миссис Дейт.
- Прости, мам, я бы с радостью, но за время моей командировки накопилось слишком много дел. Босс итак отпустил меня только после часа слезных прошений. Полагаю, что если сегодня Трикси и, как там его...
- Эрик, - подсказал Брайн.
- Да, Эрик. Так вот, если они сегодня объявят дату свадьбы, то мне придется начинать упрашивать мистера Грина, начиная с сегодняшнего вечера, - Энни закатила глаза.
- Ты слишком много работаешь, Энни, - сказала Анджела, - может быть тебе стоит хоть иногда брать выходные? И когда ты вообще была в отпуске?
- Ты же знаешь, что я очень дорожу этим местом, тем более что я коплю на квартиру, мама, поэтому работа пока в приоритете.
Так за неспешной семейной болтовней они направились к машине Брайна.
***
Трикси не могла дождаться, когда же приедет Эн. Одобрение сестры всегда было для нее важно, с самого детства ни одно важное решение не принималось без участия Эн. Эрик должен был приехать после того, как родители встретят сестру в аэропорту, но так как рейс задержали из-за непогоды, Эрик приехал раньше. Он сидел за столом в гостиной и играл в игрушку на телефоне. Трикс залюбовалась его профилем. Эрик был не совсем в ее вкусе, по крайней мере, раньше ей казалось, что ее типаж - это мускулистые брюнеты. Эрик же был блондином, высоким, худым, с резко очерченными скулами и потрясающе длинными черными ресницами, которые обрамляли его зеленые глаза, создавалось впечатление, что глаза были слегка подведены черным карандашом. Потрясающий контраст бледной кожи и темных ресниц. Иногда Трикси задавалась вопрос, а что такого нашел он в ней? Внешность - самая обычная: каштановые волосы, серые глаза, средний рост и прямо-таки скажем плоская грудь. Нет, страшненькой себя Трикс не считала, но и до красавицы ей было далеко. Однако Эрик всегда говорил комплименты, ухаживал за ней просто безупречно, выполнял буквально любые прихоти. Он был безупречен для нее, а она для него нет. Трикс не видела в нем недостатков, и ей срочно нужен был отрезвляющий взгляд старшей сестры, которая уж точно имела аналитический слад характера. Трикс вздохнула, ей бы очень хотелось, чтобы Энни сказала: «О, милая, Эрик просто идеален, я надеюсь, что вы проживете долгую и счастливую жизнь, вы нарожаете кучу детишек и умрете в один день». Но это все мечты, в реальности Эн не то, что не скажет подобного, но еще и поставит под сомнение затею со свадьбой, она всегда умела видеть в людях истинную суть. И, как правило, то, что она говорила - сбывалось. Трикси вздохнула еще раз, заерзала на кресле.
- Трикс, ты так переживаешь, что я буквально чувствую, как звенят твои нервы. Думаешь, что я не понравлюсь твоей сестре?
- Эрик, ты серьезно предполагаешь, что ты можешь кому-то не понравиться? - усмехнулась Трикс, - Просто моя сестра - специфическая особа, она вполне способна вести себя так, как считает нужным. Знаешь, она тот человек, который плюет на условности.
- Хм, кажется, она мне уже нравится. Во всяком случае, прямолинейные люди мне нравятся гораздо больше лицемеров.
Трикс нахмурилась, себя она скорее причисляла к обществу лицемерных, нежели прямолинейных, но эрику об этом знать совершенно не обязательно.
Возле дома послышался звук подъезжающей машины. Трикс нервно сжала в руках край своей кофточки, который итак уже был изрядно измят. Эрик встал с кресла и немного потянулся, на его лице играла слабая улыбка, призванная настроить грозную сестру Трикс на добродушный лад. По его лицу нельзя было прочесть реальных эмоций, только вежливость и добродушие.
Трикс пошла отрывать дверь, а он немного замешкался, якобы поправляю прическу перед зеркалом, хотя его волосы были всегда хорошо уложены, мать-норвежка наградила сына очень светлыми и очень прямыми волосами. Поэтому эта задержка была лишь напускным волнением, которое пытался изобразить Эрик.