«Лучше всего дать плоти время для каждого преобразования. Каждый маленький шаг к бессмертию должен стабилизироваться, прежде чем мы приступим к следующей стадии».
На его лице проступил гнев, герцог слепо протянул деформированную руку, и Сау`илахк опустил ключ-торк в ладонь мужчины. Даже не взглянув на своего наставника, герцог Беауми шагнул в сторону железной подставки и шара.
«Действуйте, как я учил».
Беауми протянул деформированную ладонь с ключом. Ручки его открытых концов прекрасно вписывались в две канавки, выступающие на вершине шипа. С привычной теперь легкостью, герцог опустил открытые концы ключа вокруг шипа и скользнул ручками вдоль канавок, где они встали на место. Ключ держался, как влитой.
Сау`илахк просто ждал, так как молодой герцог повторял этот процесс много раз. Он знал точно, как тянуть шип, чтобы позволить пучку силы шара достигнуть его, якобы для укрепления связи между духом и плотью.
По крайней мере, он так считал.
Даже Сау`илахк не был уверен, сколько силы шара сразу может выдержать человеческое тело. Эта работа была лишь чередой проб и ошибок для него, однако не для герцога. В страхе от того, что придется начать все заново, Сау`илахк не давал тому торопиться.
Карл Беауми повернул ключ-ручку на четверть оборота вправо, а затем обратно, как и учил его Сау`илахк — как, в свою очередь, научил Сау`илахка Возлюбленный. Затем повернул ручку вниз, устремляя в пол, но не давая ей выскользнуть из пазов.
Сау`илахк начал мысленно шептать заклинание. Он довольно тяжело вывел его на протяжении многих ночей, созерцая и творя, чтобы контролировать определенный эффект шара, теперь направленный на герцога. Но Сау`илахк потерял сосредоточенность, когда в выражении лица молодого герцога что-то изменилось.
«Милорд?»
Глаз Беауми дернулся, когда он посмотрел не на ключ под своей рукой, а на шар — на место, откуда выступал шип. Какое-то страшное желание переполняло его, словно…
Сау`илахк вспомнил, как был заперт в ловушке в течение многих десятилетий в пещере, где был захоронен.
В ту первую ночь его смерти, несколько тысяч лет назад, он не знал, что усыхание и мелкие насекомые, которые пришли, чтобы покормиться его гниющим трупом, в конечном счете освободят его вечную душу. Он знал только мучения, не будучи по-настоящему мертвым, навечно запертый в ловушке, не в состоянии даже повернуть голову, чтобы увидеть закрывающие вход камни, за которыми похоронили его останки.
Сау`илахк понимал то отчаяние, что увидел на лице Карла Беауми.
«Нет!»
Герцог резко выдернул шип из шара, и чистый свет наполнил комнату. Он закричал.
Винн лежала под одеялом на дальней кровати в своей комнате и даже не пыталась заснуть. Ее ум был слишком занят заботами, самобичеванием и тайнами. Прижавшись к ней тёплым боком, рядом растянулась Тень, и хотя девушка ещё пыталась разобраться в своих запутанных мыслях, веки Винн наконец опустились. Но вдруг без предупреждения накатила вспышка головокружения и тошноты.
Она чувствовала себя так, будто по ошибке вызвала магическое зрение. Визг эхом прокатился по комнате, а потом кровать вздрогнула.
Соломенный матрас дернулся, и Винн рывком села.
Внезапное движение угрожало тем, что недавно съеденные картофель и морковь окажутся на постельном белье. Она прижала руку ко рту и потянулась к Тени. Собака пропала, но в темной комнате рос звук хныкающего рычания. Винн нащупала кристалл холодной лампы, оставленный на ближайшем столе, и потерла его.
Мягкий свет наполнил комнату.
В центре, между кроватями, обнаружилась Тень, шерсть на ее загривке стояла дыбом, уши были плотно прижаты к голове. Она посмотрела было на дверь, но быстро отвернулась: Тень, вертясь волчком, озиралась по сторонам.
— Что? — едва успела спросить Винн, прежде чем её ужин подкатил к горлу снова.
Тень повернула голову, посмотрев прямо на Винн:
«Духи!»
Винн полностью проснулась и кинулась в угол комнаты. Она нащупала свой посох: не то, чтобы он мог помочь ей, но это было все, что она имела.
Принюхиваясь и рыча, Тень металась по комнате. Винн осмотрелась, толком не зная, что искать. Из того, что она помнила из двух прошлых столкновений со Стихийными Духами, и из того, что рассказал ей о своем общении с его родственниками Малец, Духи должны были вселиться во что-то телесное, чтобы прийти за ней.
Головокружение и тошнота не утихали.
«Винн… оставайся… скрывайся… здесь…»
Тень бросилась вперёд, оперлась на дверь передними лапами и сжала зубами ручку. Крутанула головой, пытаясь повернуть ее.
— Подожди! — выдавила Винн, и, спотыкаясь, пошла через комнату, чтобы помочь ей.
Тень обернулась и зарычала. Передние лапы собаки ударили Винн в грудь, сбив с ног у ближайшей кровати, Тень клацнула зубами.
«Стой!..»
Неожиданно дверь открылась.
— Что здесь такое…
Тень ослабила хватку, и Винн увидела заглядывающего в приоткрытую дверь охранника, прижимающего одну руку к животу. Его глаза расширились при виде рычащей Тени, а другая рука выпустила дверную ручку, чтобы достать саблю.
Прежде, чем Винн смогла схватить Тень, собака кинулась охраннику под ноги. Человек упал, а она выскочила наружу. Винн схватилась за ножку кровати, чтобы встать.
— Тень! — воскликнула она, налетев на дверь, но мир поплыл перед её глазами, и девушка вынуждена была сбавить скорость. Она шагнула через порог, а затем, казалось, всё взорвалось перед её глазами.
Второй охранник показался в конце коридора. Он сжимал в руке саблю, но опирался плечом о стену. Чейн и Оша вырвались из своей комнаты, и Оша схватился за дверную раму, будто ему нужно было держаться за что-то, чтобы устоять на ногах.
— Что происходит? — прохрипел Чейн, заметив Винн.
Она не была уверена, но, кажется, весь цвет отхлынул от зрачков Чейна. Тень промчалась мимо, возможно, пытаясь достичь заднего конца коридора. Чейн увидел приближающегося охранника с поднятой саблей, который попытался преградить собаке путь.
— Отойди от нее!
Голос Чейна эхом отозвался в гудящих ушах Винн, когда он бросился вперёд, при этом его пальцы выглядели словно когти. Тело охранника качнулось назад, его ноги оторвались от пола. Оша выпустил дверной косяк, а Тень метнулась по коридору.
Чейн проявил себя только в силе… его глаза остались прежними.
Головокружение взяло верх над Винн. Она упала, и коридор исчез из ее поля зрения.
Незваные мысли роились в голове: воспоминания о детстве, о том, как она росла в Гильдии… об отплытии с домином Тилсвитом на другой континент… о том, как она впервые увидела Чейна… о длинном возвращении обратно домой с Магьер, Лисилом и Мальцом… о появлении Тени на ночных улицах Колм-Ситта…
Изображения приходили и исчезали, одно за другим. Это было совсем не похоже на то, как Малец или Тень поднимали в голове воспоминания. Она чувствовала себя так, будто от ее души отрывают по кусочку. Ужас заставил ее попытаться закричать…
— Чейн!
Винн не услышала даже собственного голоса, когда ее сознание захлестнули темнота и тишина.
Сау`илахк хлопнул ставшей материальной рукой по ладони герцога, сжимающей ключ. Сила удара вогнала шип обратно в шар. Ослепительный свет, бьющий из якоря, погас.
Карл Беауми рухнул на пол и затих, хотя глаза его не были закрыты полностью.
Сау`илахк почувствовал опустошение… жажду… голод… будто дремота могла сморить его прямо сейчас, ночью, а не на рассвете. Когда он посмотрел на свою руку, завернутую в полоски черной ткани, сквозь неё то и дело проступали камни стены.