— Вы же не настоящие, верно? — вопрос Элемин прозвучал резко, но она решила, что будет лучше не затягивать всё это.
— С чего ты взяла? — во взгляде Винделии читалось недоумение, однако отсутствие отрицания говорило о многом.
— Вы с отцом мертвы.
Повисло молчание.
— Этот мир нереален, — повторила Элемин, присаживаясь на подоконник и обводя рукой открывающийся оттуда вид, — слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Послушай, — Винделия приблизилась и заключила руку дочери в свои ладони, — что такое реальность? Если сейчас ты чувствуешь себя счастливой, то разве это не означает, что твоё настоящее место — здесь? Даже если это всего лишь сон, то зачем просыпаться? Возможно, тебя уже и нет давно, а это — твой последний миг перед забвением, который способен растянуться на долгие годы. Ты уверена, что хочешь вернуться в мир, где тебя уже может и не быть?
Элемин грустно улыбнулась.
— Да, эта фантазия идеальна, — не стала спорить она, — чересчур прекрасна, так что я не забуду её. И всё же если есть хоть малейший шанс, что я выберусь отсюда живой, то я должна попытаться. Не ради себя, не ради спасения мира, а ради Фарлана. Он столько раз помогал мне, так что теперь я перед ним в долгу и не могу оставить его один на один со спасением мира. Я знаю, Ламберт не пойдёт за ним, что же касается Арена… думаю, вдвоём они скорее приведут мир к гибели, чем освободят его. А Сильвия… Я не могу понять, в чем дело, но она какая-то иная. Лишь время покажет, можно ли ей доверять. Поэтому я должна вернуться.
— Это твоё окончательное решение? — тихо осведомилась эльфийка.
— Да, — без колебаний подтвердила Элемин.
— Хорошо.
В то же мгновение комната начала отдаляться и меркнуть.
— Я рада, что не ошиблась в тебе, — проговорила Винделия в то время, как её лицо уже начало обращаться дымкой, — Ты справишься. Только запомни, что нам надо чаще прислушиваться к своим снам. Порой это единственное, что может спасти.
***
Сильный поток ветра взлохматил волосы, и Фарлан посмотрел на свою спутницу.
— Поверить не могу, это же самые настоящие крылатые гвардейцы! — Винделия запрокинула голову, оглядываясь на пролетевшего над ними всадника.
Фарлану нравился детский восторг, который не исчез из её глаз даже спустя столько лет: дар предвидения не лишил эльфийку желания радоваться самым простым вещам, словно маленькая девочка.
С трудом оторвавшись от восторженного лица спутницы, Фарлан проследил за её взглядом. Действительно, от скалы отделились ещё три крупных тени — молодые дрейки с всадниками на спинах. Крылатые создания были в два раза больше лошади, а размах их чешуйчатых крыльев был не меньше четырех метров. Они приходились драконам дальними родственниками, правда если тех в Фальтерии боготворили, то дрейков стражники Кадара вот уже несколько столетий использовали в качестве своих верховых животных.
— Ты каждый раз реагируешь так, будто видишь их впервые, — вздохнул эльф. Он не хотел упрекать девушку, но всё же решил поворчать для вида из-за её беспечности, — если бы он летел чуть ниже, то…
— Да ладно тебе, они же такие потрясающие! Могут в любой момент взлететь и отправиться далеко-далеко… — мечтательно протянула девушка.
Всадники описали ещё один круг над их головами и устремились вверх, к истоку огромного водопада, на берегу которого стоял город.
— Ты всё время такой хмурый! — она легонько пихнула его локтем. — Пойдём, а то опоздаем.
— Куда? — Фарлан нахмурился.
Насколько он помнил, никаких планов на этот день у них не было. Однако Винделия проигнорировала вопрос — она часто делала так, когда считала, что ответ очевиден, — и потащила его по улице. Фарлан уже давно смирился с этим упрямством. Он привык полагаться на решения спутницы, ведь зачастую она знала, что случится. Винделия не слишком любила рассказывать о своих видениях, но эльф слышал, что они часто настигали девушку во снах.
Он не раз задумывался: если Винделия знает о том, что произойдёт, то могут ли они как-то повлиять на события и изменить ход времени? Когда он задал этот вопрос эльфийке, то она лишь переливчато рассмеялась и ответила, что это невозможно. Очень редко видения оказывались чёткими, гораздо чаще — предчувствия, ощущения, метафоры. Порой девушке было сложно расшифровать происходящее. Часто случалось такое, что истинный смысл видения раскрывался перед ней лишь после того, как увиденное во сне происходило в реальности. Так что, полагаясь на свои магические умения, Винделия всё же верила, что течение времени нельзя изменить простым вмешательством. То, что должно произойти, обязательно случится, какие бы действия они не предприняли.