– Что тебя так задержало? – откидываюсь на спинку кресла. Непроизвольно кошусь на Настю.
Девчонка спокойно отрезает от шашлыка маленький ломтик и отправляет его в рот.
Тогда как моя Екатерина Александровна уже нарезала весь кусок мяса на мелкие кусочки и заглатывает их как утка.
Ну что за воспитание? Придется высказать все Маргарите!
И снова перевожу взгляд на Настю. На свою беду, блин!
Девчонка облизывает жирные губы, а затем, взяв стакан с соком, захватывает ртом трубочку.
Совершенно невинный жест. Но заводит нехило, чтоб я сдох!
– Алишер, – желая отвлечься, киваю приятелю. – Мы ждем.
– Дайте поесть, – бурчит тот. – Что привязались? Сказал же, потом…
– Сейчас, – тихо, но твердо настаивает Герман.
– Айрат звонил, – бурчит Алишер, всем своим видом показывая, кто тут дебил.
– Что хотел? – рычит Лиманский. И я вижу, как в одно мгновенье напрягается друг, как дергается Алина.
Вот же далось мне дурацкое отсутствие Алишера! Решил человек промолчать, какого настаивать?
– А вы где учитесь? – интересуется Алина у Насти, всем своим видом показывая, будто ей совершенно не интересны мужские разговоры.
– На мехмате, – слышится рефреном Настин голос. – Отделение механики.
До сих пор не могу понять, какая нелегкая понесла мою дочь на самый сложный факультет. Вроде в школе она особо талантами не блистала. Но глаза у знакомых вываливаются, когда я небрежно сообщаю, где учится моя дочь. Горжусь невероятно! Это вам не бесполезные филфак с инязом.
– Айрат просит допустить его на ринг. Старая история вроде забыта. Клянется шоу не срывать, – серьезно заявляет Алишер.
Морщусь, стараясь сосредоточиться на возникшей проблеме.
– А где гарантии? – спрашиваю нехотя. Не знаю, кто как… А я против Айрата. Нормальный боец не срывается с ринга. Не превращает бой в шоу. Да и староват он уже. Вон, от молодых зубастых нет отбоя.
– Да пусть выходит, – раздраженно морщит нос Лиманский. – Какая разница? Мы на бои ближайшее время не собираемся.
– А ты, Димир? – пристально смотрит на меня Алишер, наш главный устроитель боев.
– Приду, – киваю, намереваясь сгладить ситуацию. – Посмотрю на этого зверя.
– Папа, и мы с тобой! – радостно восклицает Катя к вящему ужасу Алины.
Ту историю я знаю не понаслышке. Сам был в зале, когда сорвался Айрат и бросился к жене Лиманского. Орал какую-то чушь. Полез драться с охраной. Пришлось вписаться тогда. И даже всечь кому-то в нос, давая Лиманским возможность беспрепятственно покинуть зал.
– Нечего тебе там делать, – отрезаю жестко. – Ринг – мужская забава и девушкам там не место.
– Папочка, – складывает губки трубочкой Катя. – Ну пожалуйста, мы с Настей давно мечтали.
Удивленно смотрю на гостью.
– Неужели? – приподнимаю бровь.
– Не знаю, – бормочет Настя, откладывая в сторону булочку с кунжутом. – Я там никогда не была. Было бы интересно.
Мне даже поворачиваться не надо. Точно знаю, что моя Катерина подает подруге знаки. А та поддерживает бесстрашно.
Какие бои, девочка?!
Тебя бы обнять и лелеять. Закрыть в комнате и самому любоваться.
– Посмотрим, – роняю устало. И так с утра весь на нервах. И тут замечаю белое зернышко кунжута, прилипшее к розовой пухлой губке. И чуть с ума не схожу от желания провести по Настиному рту языком, убирая прочь дурацкую крошку.
– Насть, возьми. – Катерина протягивает салфетку подружке. Та на автомате вытирает губы.
А я тру переносицу в тихом бешенстве.
Что со мной происходит? Заболел, что ли?
7. Конфиденциальный разговор
– Я бы не рекомендовал, – цедит сквозь зубы Герман. – Алишер у нас хоть и радеет за стопроцентную безопасность, но риски все равно остаются. Ринг заводит мужиков. И это известный факт. Красивым девочкам из хороших семей там делать нечего.
– А мы переоденемся мальчиками, – смеется Катерина, отламывая виноградину с грозди. Прикусываю себе язык, чтобы не сказать какую-нибудь пошлость.
– Нет, Катя, – отрезаю скупо. – Никакого ринга. Замуж выйдешь, и пусть тебя муж водит. А пока разговор закончен, и больше мы к нему не возвращаемся. Иначе твоя мама с меня шкуру сдерет.
– Мамочка у меня добрая, – тоскливо вздыхает Катерина, явно понимая, что с рингом ничего не обломится.
Добрая Рита! Ага-ага! Да эта стерва меня чуть со свету не сжила! Конечно, кто спорит. Я был редким балбесом. Сейчас точно всек бы себе восемнадцатилетнему, если б представилась возможность. А уж как Ритка орала тогда! Я думал, у меня барабанные перепонки лопнут.