"Каков мир, таковы и люди. Тебе немало досталось в последнее время, сначала как шейду, потом – из-за знакомства со Всадником. Но Ари окуналась в боль раньше тебя и глубже тебя. Потому она существенно старше… и, к несчастью, не только годами".
– Послушай, я недавно говорил с Рокасом…
– Да? – рассеянно отозвалась Ари.
– Ты знаешь, чем отличается моя родина от твоей? Ты меня вообще слушаешь?
– Не сердись, любимый.
Клаус улыбнулся.
– Я нисколько не сержусь. Но ты должна выслушать меня. Это важно.
Словосочетание "ты должна" заставило Ари встрепенуться и слегка нахмуриться – впрочем, без всяких следов неудовольствия.
"Настоящая принцесса. Как она сказала, коренная. Лишь у потомственной владычицы в кос-мос знает, каком поколении может быть такое чувство долга.
Да ты просто счастливчик, Клаус!".
– Так вот, я говорил с Рокасом. И по ходу дела всплыла одна возможность, пока чисто гипотетическая…
Ари выслушала чуть сбивчивую речь, не прерывая. И, помолчав, переспросила:
– Ты хочешь сделать мой мир похожим на твой?
– В точку. Правда, я пока с трудом представляю себе детали, но если модифицировать Ключ Единения Мыслей таким образом, чтобы…
– Постой. Это пока не важно.
– А что важно?
– Сначала надо решить, нужно ли изменять мой мир.
Клаус вздохнул. Вот и Ари туда же… можно подумать, они с Рокасом сговорились!
"Нет. Они просто опытнее. И осторожнее".
– Решить? – повторил он. – Ладно. Но как это сделать?
Ответом ему была приподнятая бровь.
– Убеди меня.
– И всё?
– Этого будет достаточно, – сказала Ари с бессознательным высокомерием. – Я здесь родилась, я знаю, каково здесь течение дел. Я знаю историю, помыслы людей и тайные устремления их душ. Я лучше кого-либо другого подготовлена для приня-тия Решений, – последнее слово явно начиналось с заглавной буквы. – Значит, решать – мне.
"Я был прав. Настоящая принцесса, и никто иная.
А ведь, положа руку на сердце, она права. Именно ей решать. Кому ещё? Всё-таки есть в аристократии нечто безмерно притягательное… конечно, когда конкретный представитель этого сословия получил должное воспитание".
Тут Клаус задним числом сообразил, что Наставницу тоже следует называть не иначе, как аристократкой – правда, не по рождению, а по воспитанию – и от этой мысли у него слегка закружилась голова.
– Что молчишь?
– Думаю.
– Вот оно как… тогда придумай заодно, как мне попасть к тебе в гости.
– Что?
– Из этого мира – в твой, – терпеливо пояснила Ари. – Как иначе я смогу сделать выбор?
– Попасть в мой мир… чего уж проще! Ложишься в саркофаг, и готово. Вот только где тут можно достать нужное оборудование, не подскажешь?
– Негде, – спокойно согласилась Ари. – Но разве нельзя заменить эту вашу… технику какой-нибудь подходящей магией?
Интересный вопрос, подумал Клаус.
И сказал:
– Давай спросим Рокаса. …Когда они пришли к нему с просьбой подсказать, какой Ключ можно применить для путешествия в другой мир, тот не стал крутить пальцем у виска. Напротив – оживился и начал говорить, сопровождая речь активным размахиванием руками. Вскоре Клаус уяснил, что старший товарищ сейчас занят именно этой проблемой: можно ли из Седого Взморья переместиться в произвольно выбранный мир, не используя такие подручные средства, как саркофаги с их сложной начинкой. По ходу дела Рокас упомянул и о способностях Светланы, способной на погружения без этого костыля, и о каких-то головоломных "активных матрицах", вписываемых в поля переменных Ключа Прямых Операций, и о ещё более смутных для восприятия "порогах парадоксальности"…
– Это теория, – заметила Ари, внимательно слушавшая Рокаса на протяжении доброй четверти часа и старательно пытавшаяся вникнуть в смысл громоздких терминов. – А как насчёт практики? Получается что-то, нет?
Рокас разом утратил три четверти пыла.
– И да, и нет. Воспроизвести условия, создаваемые для лежащего в саркофаге, я могу. Это самое лёгкое, от этого я отталкивался. Но вот граничные условия для активных матриц… тут я угодил в настоящий тупик. Можно проделать поэтапную запись на кристаллический носитель, чтобы потом снять весь комплекс данных. Если кристалл достаточно велик и обработан кое-какими вторичными чарами, конечно. Беда в исходных данных. Кристалл – не компьютер, работать с записями на нём, внося тонкие и тончайшие изменения, крайне трудно. А ведь комплекс данных должен содержать точное и непротиворечивое описание точки выхода!