Маленькая бастарда магически очень сильна и вся ее магия странна и непонятна. Ей только надо захотеть и все сделано! Такого никогда не видел. Она все еще лежала и нежилась в тепле моего чешуйчатого тела. Такая легонькая. Я почти не ощущал ее веса. Алиса… Странное имя, как и она сама. Милая и любимая, с самой первой секунды, поразившая меня своими умениями.
– Надо подниматься, а то тебя раздавлю, – она хихикнула и ловкой белочкой спрыгнула с меня.
Это она меня раздавит? Да во мне тонн пять веса!
Я обратился в человека. Пока она ушла умываться к ручью, разжег костер и поставил котелок с травяным чаем на огонь. После умывания в прохладной воде ручья, личико моей любимой раскраснелось. Какая она была красивая. Аж сердце зашлось. Она счастливо улыбалась, на время, забыв об исчезновении ветра.
Золтан, Золтан. Как бы я хотел, чтоб эта магиня улыбалась нам обоим. Никогда не подозревал, что все в моей заскорузлой душе может изменить хрупкая смешная девчонка.
Чай поспел и мы позавтракали. Алиса собрала наши пожитки в сумки и поставила посреди поляны. Мне снова предстояло стать на несколько часов синей ящерицей.
От Золтана вен Ойделна.
Я проснулся в незнакомом месте. Солнце стояло уже высоко. Оглядел комнату и постарался припомнить последние события. Вспомнилось почти все. Хотел поднять голову, но тяжелая и больная часть тела не желала подниматься. Подошел доктор, посмотрел на меня, сунул мне в рот мензурку с горькой гадостью. Я выпил. Мое лицо кривилось вне моего желания.
– Сколько я здесь сплю? – Спросил, едва шевеля пересохшими губами..
– Сегодня третьи сутки, – серьезно ответил маленький тощий доктор. – Синяки почти сошли, осталось до конца убрать отеки.
– А зеркало можно?
Доктор подал мне зеркало. Я увидел в нем незнакомое мне лицо. В ссадинах, почти все синее от кровоподтеков. Вместо глаз щелки отекшие. Сволочь! Я сам тебя задушу! Своими собственными руками! Алиса… Хорошо, что она меня не видит в такого. Знаю, что в такие минуты она не плакала бы, а принялась меня лечить, во всю мощь своей магической силы. Любимая моя… Как же ты далеко… И как мне сейчас хочется к тебе прижаться… Я прикрыл веки и на физическом уровне ощутил, как меня обнимают не две ее тоненькие ручки, а четыре. Наверное, это руки Раша. Он с ней сейчас рядом. Возможно даже в ее покоях. Нет. Во мне нет ревности к нему, но хотелось быть с ними.
По щеке к уху сползла одна единственная слеза. Хотелось думать, что это от боли в глазах. Кто-то меня окликнул. Я открыл веки насколько это возможно и увидел гнома с тарелками в руках. Он поставил их рядом с кроватью на табуретку и принялся меня кормить наваристым супом. Глотать больно. Потом что-то протертое и травяной чай. Первый раз я поел нормально. Телу стало тепло, и я снова стал проваливаться в сон.
Я снова проснулся в больничной постели. Было раннее утро. На табуретке был компот и свежая выпечка. Попробовал подняться. Получилось сесть на кровать. Тело ослабело и едва слушалось. Взял в руки кружку и булочку. Понюхал – вкусно пахнет. Попробовал, тоже вкусно. Завтрак закончился быстро.
В комнату вошел доктор и уже улыбался.
– Вы сегодня хорошо выглядите, господин ветер, – он подал мне зеркало: лицо почти приняло свой прежний вид. Осталось немного еще подлечить. – Вы можете, по мере сил, конечно, выйти погулять, а то за пять дней мышцы ослабли.
Пять дней! Это столько времени проспал? Попробовал привстать, держась за спинку кровати. Ноги тряслись мелкой дрожью. Я прошел пару шагов – ходить могу. Дошел до окна. За ним на дереве пела маленькая птичка. Снова вспомнил Алису. Она похожа на такую же птичку, которая сидит в замке и ждет меня. А когда я приду? Скорее всего, никогда. Она останется с Рашем. Это даже хорошо.
– Можно мне выйти во двор?
– Обязательно! Вам нужно ходить, господин ветер, – доктор даже вызвался меня поддержать в случае чего непредвиденного.
Только побоялся принять его помощь – я в два раза выше его, могу и придавить, если упаду. На улице было приятно тепло. Солнце начинало пригревать. Интересно, куда меня продала Доротея? На какие работы. Я вспомнил, что начальствующий гном говорил что-то про двух ветров. Надо бы с ними связаться. Здесь, наверное, намешано работников из разных рас.