– Кабана, – не отводя черных глаз от места, где только что были две живые статуи. – Знаешь, я страшусь твоей силы.
– Не бойся, любимый, тебе это не грозит, – и прижалась к нему, обняв за талию. – За вас я отдам последнюю каплю крови, если понадобится.
– Что ты сказала? – Он схватил меня за плечи и, не верящими глазами уставился мне в лицо. – Повтори, что ты сию минуту сказала!
– А чего тебе не нравится? – Устало пожала я плечами. – Влюбилась в синюю ящерицу, которая иногда становится потрясающим мужчиной и старается меня терпеть, – проворчала я. – И незачем меня так трясти. Всю вытрясешь. Меня и так сейчас оплеухами наградили, аж два раза, – дотронулась пальцами до щек.
– Малышка моя! – Дракон схватил меня на руки, закружил по полянке, потом впился мне в губы быстрым поцелуем. Прижимал к груди и снова вглядывался в мое лицо. Что он там нашел интересного? Счастье выплескивалось из него салютами. – Магиня моя! Весь я, душа и жизнь, все, что я имею, отныне принадлежит тебе. Любимая…Солнышко мое. – Он держал меня на руках. Его черные глаза светились. – Скажи еще, может мне послышалось, – попросил он и глаза впились в меня с великим ожиданием.
– Я люблю тебя, Раш, – обняла его за мощную шею и сама поцеловала в губы.
Он ответил. Ох, как ответил! Меня снова закружили, держа на сильных руках. Как приятно, когда тебя носят на руках. Как приятно, когда тебя любят двое, такие разные и такие великолепные, мужчины.
– Ты выйдешь за меня замуж?
– Нет, – спокойно ответила я. Мне показалось, что он сейчас заплачет. – За тебя – не выйду. За вас – с удовольствием!.
– Ты меня до сердечного приступа доведешь! – Он поставил меня на землю и схватился рукой за сердце.
– Я вас воспринимаю, как общее. Целое. А без Золтана у нас нет целого, понимаешь? – Мой голос был тих и грустен.
Дракон обнял меня. Он все понял. Знаю. Мы просто стояли и чувствовали друг друга. Я гладила, лежавшие под моей ладошкой синие волосы. Перебирала их пальчиками. Хорошо, что можно вот так просто стоять и думать, и молчать. Так было и с ветром. Мы могли не говорить ничего, но знали все. Так произошло наше признание в любви и во всем остальном. Я не хотела его обманывать ни в чем. И ждала от него того же. В любви не может быть недоговоренностей и лжи.
– Знаешь, хочу помыться в ручье. Три дня уже, немытая, хожу и летаю.
– Летаешь удобно? – Глаза дракона снова стали хулиганскими.
– Просто отлично, мой хороший! – Я ласково провела ладошкой по щеке с легкой щетиной. А щетина-то не синяя – черная. – Все! Пошла! – Выбралась из его рук, взяла полотенце и направилась к воде.
Ручей оказался не очень глубоким, мне выше колена. Дно из мелкого песка. Я зашла в воду и поежилась: холодно. Было желание взлететь. На спине что-то сильно зачесалось и раздался тихий треск, как будто кожа порвалась. Глянула на отражение в воде и обомлела – за спиной раскрылись два огромных переливающихся крыла! Боже! У меня тоже выросли крылья! Я – ветер! – Решила, что покажу их потом и напрягла спину, чтобы попробовать их убрать – убрались.
Мыться надо было все равно, хоть и вода холодная. Принялась разогревать тело, чтобы не греть проточную воду. Села на дно и намылила волосы мыльным корнем, который мне дала Дели. Нежные, но сильные руки начали помогать мне в действе.
– И не стыдно тебе смущать голых девиц? – Я на самом деле смутилась. К ветру уже немного привыкла, а дракон был как-то чужим для меня в плане мыться вдвоем.
– Нет. Не стыдно, – без тени сомнения ответил Раш. – Мне приятно помочь своей невесте…Или ты против моей помощи?
– Не против. Просто непривычно с тобой быть раздетой. – Так и осталась сидеть к нему спиной.
– Мы будем привыкать постепенно, – низкий голос его чуть охрип. Он поцеловал меня в плечо. – Это благодарность за аванс.
Я закрыла глаза и предоставила всю работу с моей длиннющей гривой Рашу. Он мыл мои волосы медленно, с наслаждением, уделяя внимание каждому волоску. Потом поставил меня и перекинул густую гриву мне через плечо на грудь. Плавными движениями натирал всю меня сзади мыльным раствором.
Сердце мое стучало и едва не вырывалось от наслаждения. Дракон зачерпывал большими ладонями воду из ручья и поливал, смывая пену. Медленно о повернул меня к себе лицом и я предстала перед ним, прикрытая одними волосами. Боже мой! Он тоже голый! Это называется постепенно? Аккуратно перекинув волосы обратно на спину, принялся меня изучать, натирая мылом. Внутренняя дрожь разлилась по всему телу. Как мужчины так умеют делать, что я готова отдаться ему здесь и сейчас? Но он не примет такого подарка.