– Разве ты теряешь что-то? – спросил Горн. – Ун ведь куда старше, ленивей, да и любовник, наверно…
– Зато я была ему нужна, – возразила Ли. – А Лот никогда не хотел меня по-настоящему. Для него я скорее символ верховной власти – вроде короны или трона. Вдобавок он не доверяет мне.
– Что, есть повод?
– Было бы желание – повод найдется, – уклонилась она. – Ну что за несчастная судьба!.. Еще в Столице я растеряла всех фрейлин, служанок, рабынь и с тех пор даже одеваться вынуждена сама. Теперь меня лишили покровителя и запихнули в эту клетку. А чего ждать завтра?
– Ну, не думаю, что Лот наиграется тобой так быстро, – возразил Горн. – Не сочти за лесть, но подыскать тебе замену будет трудно.
– Большая честь: сделаться временной подстилкой узурпатора! А если он не удержится у власти, тогда с меня спросят еще и за его грехи – замечательно, верно?
– Сейчас любой выбор связан с риском, – сказал он. – Между прочим, кое-кто из Избранных вскоре попытается вырваться из-под опеки Лота, – хочешь, отведу тебя к ним? А не понравится там, переберешься к своему отцу… Ведь это в излишней близости с ним подозревает тебя Лот?
– Ты хоть представляешь, что творится сейчас в Загории? – с усмешкой спросила Ли. – Пока милые мои родичи точили зубы на метрополию, распустив слюни до пола, тамошние озерные царьки так наподдали им под зад, что загорцы угодили в переделку покруче нашей. Говорят, многие даже перешли на службу к Водяному, да и гарем у него сильно пополнился за счет высокородных красоток… Предлагаешь сделаться там «жемчужиной»? А ты видел эту пятнистую, жирную, вонючую тушу? По сравнению с ней даже Лот покажется богом.
– Может, он еще научится тебя ценить? – предположил Горн. – Черт возьми, – воскликнул он вполне искренне, – да не слепец же Лот!.. Где еще он найдет такую любовницу и такую советчицу – всезнающую, умную?
– Слишком умную! – фыркнула Ли. – Большинство мужчин это пугает, особенно если у самих не хватает мозгов. А строить из себя дурочку не хочу, да и поздно.
– Ну, тогда попробуй обольстить Тора, – пожал плечами гигант. – Уж этого старика ничем не запугаешь, а сила за ним немалая. Если и другие роды к нему прибьются…
– Послушай, да на что они нам? – вдруг сказала красавица и обольстительно улыбнулась, готовая, похоже, к новым подвигам. – Только что ты с таким жаром нахваливал меня. Так неужели мы не сумеем составить пару? Ты ж втрое умнее Лота и вдесятеро сильней – с чего тебе-то меня бояться и зачем отдавать другим? Давай начистоту, Страж: ты ведь неспроста захватил Ю и наверняка знаешь, как с ее помощью подмять Империю. И что проку будет тогда в этой мышиной возне? Избранных, народников, загорцев – всех их сметет громадной волной. А направлять ее будешь ты, Горн, император истинный, неоспоримый!
– И ты тоже? – с ухмылкой спросил он.
– Но ведь тебе потребуется кто-то рядом? – быстро откликнулась Ли. – Так почему не я? Сам же говорил…
– Ты ведь из рода Пауков? – сочувственно спросил Горн. – Кажется, у вас в ходу милый обычай избавляться от любовников-чужаков?
– Господи, да тебя стационаром не прошибешь!..
– Но ты-то об этом можешь и не знать, – возразил он. – Так к чему нам взаимные разочарования?
– Ах, ну конечно, ведь есть еще Нора! – будто бы вспомнила императрица. – И что это вас всех так тянет на нее? Я еще понимаю Лота с его ушибленным самолюбием, но ты, Горн!.. Ведь это же пусть и роскошная, но вполне заурядная самка. Она и думает-то скорее всего этим, – тонкими пальцами Ли коснулась себя между ног.
– А может, еще и этим? – не прерывая массажа, Горн дотронулся до ее пышной груди, уступавшей, впрочем, бронзовым куполам Норы.
– Но Горн, ты же слишком умен, чтобы придавать значение такой ерунде! – воскликнула женщина, продолжая рассеянно играть со своими лепестками. – Разве не видишь, как легко мы поладили и как мне свободно с тобой – впервые за столько лет!.. Какой же смысл мне предавать тебя? – Не замечая, она теребила складки все сильней, словно убеждала сразу и их. – Ну почему ты не веришь!
– Возможно, я еще умней, чем ты думаешь, – усмехнулся гигант. – И мне плевать даже на власть. Такого ты не можешь допустить?
Аккуратно он отодвинул ее пальцы в сторону, высвобождая место для своих, и принялся за лепестки сам.
– О чем ты? – спросила Ли и тут же притиснула рот ладонью, подавляя сладостный стон. – Разве можно сравнивать?
– Еще как! Разве властолюбие – не первый признак самца? Тогда на что мне эти сложности, если я могу заполучить свою самку и так? Ты не поверишь, но как раз «такая ерунда» для меня важней очень многого.
Дрожь уже сотрясала женщину от макушки до пяток, грудь судорожно вздымалась, но она еще пыталась спорить, вцепившись скрюченными пальцами в постель.
– Ты смеешься, – выдавила Ли, кусая губы. – Чего тебе не хватает во мне?.. Ну скажи!
– Сам удивляюсь, – ответил Горн. – А ты, случайно, не хочешь от меня детей?
– Сумасшедший!..
– Точно, – вздохнул он.
И тут терпение у нее наконец лопнуло, будто прозрачная сеть. Всем телом Ли взметнулась навстречу Горну, алчно обвив конечностями его торс, словно добычу, а для полноты картинки даже вдавила острые зубы ему в шею. Мигом позже в Горне взыграл собственный зверь, вминаясь в Паучиху стальными глыбами, вживляясь пылающим жезлом, от которого плавилась ее трепещущая плоть, растекаясь вокруг раны дурманящим соком. Раз за разом взлетала женщина на гребень волны, взрываясь жестокими судорогами, отчаянно крича, а беспощадный зверь все гнал и гнал ее дальше, не позволяя прерваться ни на секунду. Пока наконец и сам не заразился от жертвы конвульсиями, и тогда резонанс едва не разнес на части обоих.
Теперь и Горн пришел в себя не сразу. А бедняжку Ли потребовалось гладить, ласкать и тормошить вдвое дольше, прежде чем она начала подавать признаки жизни. На этот раз женщина выглядела не просто смятой, а истоптанной и поруганной, словно через нее пропустили роту солдат.
– Ну, – спросил Горн немного погодя, – ты по-прежнему считаешь, что мы поладим?
С усилием Ли покачала головой, однако следующим жестом попросила не прекращать ласки, будто от них ей становилось легче. Горн охотно подчинился, хотя до сих пор не подозревал в себе целительского дара. Как и раньше, императрица не скрывала от него ничего, наверное, воображая себя сродни Божественной, но сейчас самому Горну захотелось прикрыть ее тело – словно улику собственного преступления. А когда разглядел в глазах женщины страх, и вовсе ощутил себя чудовищем.
– Ты не того боишься, моя радость, – сказал он. – Теперь я не опасен, хотя в другое бы время…
Горн вдруг остро почувствовал незащищенность голой спины и стал торопливо одеваться. Хорош бы он был, застигни кто его на самом пике!..
– Хочу предостеречь, – добавил он. – Ты часто посещаешь окраинные комнаты?
– Что? – прошептала Ли. – А, нет… Там тоскливо. Будто кто-то смотрит сквозь стену и… зовет.
– Держись подальше от них, если не хочешь встретиться с Хозяином Горы. Очень неприятное существо, поверь на слово.
Наклонясь, Горн коснулся губами ее вспухшего рта, коротко стиснул заласканные груди, скользнул пальцами между бедер и отбыл.
С императрицей разобрались, подумал он уже в коридоре. Теперь очередь за императором.
– Ну да, это я приказал затопить средний ярус! – яростно орал Лот на негодующий в несколько голосов экран. – А что мне оставалось после того, как эти мерзавцы предательски умертвили благородного Уна? Оставить тело на поругание и позволить убийцам безнаказанно уйти? Или сначала следовало собрать Совет и провести опрос мнений?.. Ну подумайте же, почтенный Эрн! – В сердцах он отключился, нажал другую клавишу, коротко распорядился: – Биер, слушаешь? Немедленно пошли людей к Эрну… Да, черт возьми, к нему тоже!
И снова раздраженно погасил экран.
– Что, старина Лот, и тут проблемы? – вполголоса поинтересовался Горн. – Чего ж ты наврал Уну, будто за тебя весь Совет?
Лот не обернулся, даже не вздрогнул – только оцепенел, словно над пропастью.