– Скорее всего, это были Львы, – быстро возразил Коридаг. – Нам известно, что Хранители наделили их Щитами небывалой мощи…
– Конечно, это были Львы. – Плоская физиономия озерника расползлась еще шире. – А кто тогда Лот? Мотылек?
– Лот – император, – пояснил Коридаг. – И с Тором у него давние счеты. Теперь родичи стали мешать ему – тем хуже для них.
– А если Лот передумает? – Толстяк лениво покачал косичками. – Нет, не верю.
Подкравшийся Тигр осторожно тронул Горна за плечо и кивком указал на охранников Водяного.
– Ведь это Истинные! – шепнул он изумленно. – Уже нашли нового хозяина?
– Как же без него, – проворчал Горн в ответ. – И так ли важно, кому служить?
Хотя на оплывшую тушу и он взирал с омерзением. Наверняка озерник оголился с умыслом, чтобы досадить чванливым ограм, бывшим своим господам. Но ТАКАЯ нагота и Горна оскорбляла не меньше, а вот этого лучше не делать.
– Я сам возьму Крепость, – объявил царь. – У меня много солдат. Зачем мне ваша помощь?
– Без нас тебе не проломить Львиный строй, – снова возразил Коридаг. – Сколько у тебя приличных мечников – тысяча, полторы?.. А остальные солдаты здесь немного стоят.
– Ты хорошо считаешь. – Толстяк сипло засмеялся. – Скольких предателей ты купил?
– Львы перекрыли все входы, а биться они умеют, – настойчиво продолжал Коридаг. – Без нас тебе в Крепость не попасть.
– А с вами? Думаешь, Тор впустит родича? Тогда на что вам я?
– А если Тор передумает? – усмехнулся Коридаг. – Или его устранят?
– И тогда вы пойдете напролом?
– Либо попытаемся найти обходной путь. И в этом нам тоже лучше действовать сообща.
Локтем Горн ткнул Тигра под ребра и пробурчал:
– Похоже, не одни мы умные? Надо бы поспешить.
Не убирая с лица ухмылки, толстяк поелозил внутри чаши ладонью. Затем разочарованно вынул руку и звучно щелкнул по ободу толстым ногтем. Сразу же из кабины соседнего «плавунца» возникли двое голышей, груженные такой же, только полной чашей, и по краю платформы поспешили к Водяному. Невольно Горн напрягся, сквозь гневный прищур вглядываясь в парочку. Это были рабы прежней, дошлемовой формации, лишенные не всего тела, а лишь кое-каких необязательных придатков. Однако, судя по округленным спинам и потухшим взглядам, это сломило их надежнее рабошлемов. А свобода несчастным кастратам была ни к чему – они просто не знали бы, что с ней делать. Так стоит ли тогда злиться на прогресс?
Голышы проворно заменили чашу и ушмыгнули прочь. А ненасытный царь продолжил свою бесконечную трапезу, вызывающе чавкая и забрызгивая необъятное брюхо липкой жижей.
– Хорошо! – буркнул он наконец. – А что дальше? Вы не ударите мне в спину?
– Все частности можно обговорить потом, – без промедления откликнулся Коридаг. – И разве ты настолько глуп, чтобы подставить нам спину?
Случайно или намеренно, но в последней фразе Лидер слегка сместил акценты, выделив «настолько», и Водяной отреагировал мгновенно. Зачерпнув из чаши обеими ладонями, он развел их в стороны, лучась благодушием. Тотчас две стальные фигуры по бокам толстяка пришли в движение и склонились над его руками, хватая губами подачку. Горн усмехнулся ненавидяще, рядом чуть слышно застонал Тигр. Бедняга – ему-то за что?
– Попробовали бы они не взять, – проворчал гигант, словно оправдывая наемников. – Теперь сила не на их стороне.
– О Духи, куда катятся огры? – тоскливо вопросил Эрик. – Одни Львы еще держатся.
– Ты уверен? – не сдержал раздражения Горн. – Погоди, мы еще не видели их вблизи.
Юноша поглядел на него с испугом, но это лишь добавило Горну злости. К дьяволу! Этот мир сверху донизу пропитался рабством, и ничего уже не изменить, можно только взорвать. Под корень – всех!..
С усилием гигант разжал пальцы и зубы, потряс головой, отгоняя внезапное помутнение. С чего это меня повело? – удивился он. Вроде сыт и от Норы оторвался совсем недавно. Хотя… Разве отказался бы я повторить?
– Хорошо! – повторил озерник твердо. – Чего хотите, ну?
Коридаг с облегчением улыбнулся и оглянулся на Лота, невозмутимого по-прежнему, словно не на него были нацелены все выходки Водяного.
– Мы знакомы с твоими обычаями, царь, – объявил Коридаг, – а потому приготовили подарки.
– Подарки? – оживился толстяк. – Давай! Где?
Лот величественно поднял руку. Тотчас в днищах «мастондов» распахнулись люки, и оттуда посыпались рабы с дарами, слаженно выстраиваясь в цепочки. Ступая в ногу, будто один человек, они с двух сторон обтекали кабину Водяного и исчезали – уже в утробах «плавунцов». Толстяк заинтересованно вертел головой, так что косички взлетали над плечами, затем разочарованно спросил:
– Это всё?
Тогда еще один «мастонд» распахнулся и выпустил наружу стайку бесшлемных голышек. Подгоняемые легкими тычками лучей, девушки заторопились к мосту.
Эрик вдруг напрягся, подался вперед.
– Что? – сразу спросил Горн.
– Там Тина, – сквозь зубы ответил юноша. – Сволочи, что делают!..
– Что ж, тиберийки везде ценятся, – рассудительно возразил гигант. – Толстяк будет доволен.
– Мы должны ее спасти!.. Слышишь, Горн?
– А ты уверен, что с нами девочке будет безопасней? Или предложишь ей прогуляться по Огранде в одиночку?
Плотоядно хихикая, царь ощупывал взглядом каждую из проходивших мимо красавиц. Внезапно ткнул пальцем в одну, нежнокожую пышечку-полукровку, и железный охранник выдернул ее из цепочки, поставив перед господином. Под пристальным взглядом Водяного девушка задрожала всем телом, затем беззвучно разрыдалась. Захохотав, он с размаху вонзил когтистые пальцы в мягкий живот голышки, вырвал кусок. Тут же охранник подхватил бьющееся в судорогах тело, единым махом швырнул за борт. И оборвался страшный крик-вой.
Не глядя Горн поймал рванувшегося Тигра за плечо и придавил к камню, сам едва владея собой из-за нахлынувшей ярости, с трудом подавляя рычание, рвущееся наружу. Сквозь затянувшую глаза кровавую пелену он обшаривал взглядом ухмыляющуюся харю толстяка. Тот вдруг с тревогой оглянулся, пятнистой своей шкурой ощутив угрозу. Однако он уже слишком разыгрался, чтобы придать значению предчувствию, – и зря, ибо никогда прежде Горн не испытывал такого страстного желания убить.
Наблюдая за Лотом, озерник с наслаждением размазал по лицу свежую кровь, потом стал рвать зубами нежную плоть и демонстративно смаковать, закатывая глаза.
– Ладно, я доволен! – сообщил он наконец. – Этих кобылок мне хватит дней на десять. – Толстяк снова вгляделся в каменную физиономию императора и добавил с неизменной ухмылкой: – У меня тоже для вас припасен подарок.
Он щелкнул пальцами, и четверо кастратов вынесли на площадку длинное блюдо, на которое было уложено цельнозапеченное тело молодого Льва.
– По древнему огрскому обычаю, – объявил Водяной, – мы скрепим договор плотью врага.
Тигр отчетливо скрипнул зубами, и Горн еще крепче сдавил ему плечо, с облегчением понимая, что сопротивляться больше не в силах.
– Неужто стерпят? – прошептал Эрик. – Я убью его… Всех убью!
– Думаешь, поможет? – еще смог отозваться гигант. – Ладно, только тебе-то зачем мараться.
Неслышно он скользнул к потоку и без всплеска погрузился в воду, сразу устремившись на глубину.
Эрик еще в сомнении взирал на темную реку, поглотившую Горна, когда возле царского «плавунца» вдруг вырвалось из воды стремительное, точно атакующий питон, тело, в могучем прыжке перемахнуло борт. И тотчас в кабине будто полыхнул беззвучный взрыв, разметав стальных охранников. А выше всех взмыла чудовищная туша Водяного с распоротым брюхом.
Не дожидаясь, пока это порождение кошмара обрушится в поток, Эрик метнулся туда сам, глубоко нырнул и через секунды повторил маневр напарника, хотя с меньшим эффектом. Горн уже колдовал над пультом «плавунца», а единственный оставшийся в кабине охранник с трудом поднимался, цепляясь железными пальцами за борт. С неутоленной яростью Тигр подскочил к нему и мощным пинком вышиб вон.