Тут же захлопнулся колпак, машина круто развернулась, перевернув соседнего «плавунца» и разметав прочие. Затем вздыбилась и длинными скачками бросилась вниз по течению, взметая каскады брызг. Никто не преследовал взбесившуюся амфибию – похоже, обе стороны еще судорожно осмысливали ситуацию.
А через секунды приемник донес первую команду императора: «Ê атаке!» То ли Лот усмотрел в этом выгоду, то ли хищник снова пересилил в нем царедворца, но упускать такой шанс он не захотел.
Сзади полыхнули первые молнии, однако похищенный «плавунец» уже достиг стены, внизу которой бурлила покидавшая пещеру вода. В последнем прыжке он наклонился носом вниз и с лета погрузился в реку. Могучий поток с готовностью подхватил машину, волоча по тесной трубе. Раз или два она едва не застряла, но толчком широких лап Горн пропихивал амфибию дальше, и ее снова тащило между камней, царапая о выступы.
Затем стены наконец раздались, зато надвинулось дно, усыпанное валунами. Тотчас «плавунец» вскинулся из воды, круто развернулся и с содроганием выплюнул из себя снаряд – прямо под скалу. Мглу разорвала вспышка, скала дрогнула и громадными глыбами осыпалась поперек русла, перегородив поток наглухо. Затем вода из-под растопыренных лап вездехода схлынула, наступила тишина.
– Теперь они точно не договорятся, – глухо произнес Горн. – А заодно поостынут… Ты ведь не хочешь, чтобы твою подружку поджарили «мастонды»?
Эрик взглянул на него и только сейчас обратил внимание на слабые, но пугающие судороги, проскакивающие по лицу и телу исполина. Словно бы кто-то пытался вырваться из Горна наружу, а тот свирепо загонял мятежника вовнутрь.
– Старина, ты в порядке? – решился спросить Тигр.
Помолчав, гигант ответил:
– Ведь не хотел убивать, но этот пятнистый пузан меня достал!
– Я жалею, что ты опередил меня, – признался Эрик. – Ну что за гнусь, а? Это ж додуматься!..
– Как раз думать тут ни к чему – всё в русле огрских традиций. Правда, толстяк оказался способным учеником и очень уж старался досадить Лоту.
Горн наконец перестал вздрагивать и вздохнул с видимым облегчением.
– Слушай, громила, – сказал Эрик, – а что мешает вот так же пойти и ухлопать Лота? Кто сможет тебе помешать в этом? И все проблемы – как рукой!..
Усмехнувшись, гигант покачал массивной головой.
– Только что в праведном гневе я прибил идиота, который всеми силами пытался выдать себя за животное, – и даже это едва меня не сломало. А что станет со мной, если я хладнокровно заколю человека – пусть и такого мерзавца, как Лот? Смогу ли я тогда остановиться?
– Да в чем проблема, не понимаю, – пожал плечами Тигр. – Это ведь будет возмездием – и только. Разве Лот не заслужил смерть?
– Разве не видишь, что я балансирую на самом краю? – спросил Горн. – Всё, дальше отступать некуда! Если сейчас я строну камешек, лавина накроет и меня, и всех… Ничто не дается даром, малыш, – даже сила.
Оборвав себя, гигант повернулся на шорох. Из темного прохода в кабину вползало чешуйчатое существо с клыкастой пастью. Вихляясь на коротких лапах, оно устремилось к окровавленному куску, оброненному злосчастным Водяным, с урчанием заглотнуло.
– Ах, гадина! – Сорвавшись с места, Эрик всадил меч в шипастый череп рептилии. И тут же метнулся в сторону, спасаясь от удара тяжелого хвоста.
– Уж не человечиной ли его питали? – предположил Горн, наблюдая за агонией хищника. – Скармливать надоевших жен крокодилу – чем плохо, а?
Распахнув колпак, он поймал ящера за мотающийся хвост и вышвырнул наружу.
– Не вернуться ли тогда за Тиной? – сейчас же вставил Эрик. – Может, с нами все-таки безопасней?
Не ответив, гигант погнал «плавунец» вверх по склону, в сторону от пересохшего русла. Уже с высоты они увидели, как сбоку громадной скалы вырвалась широкая темная струя и как из нее стали расползаться, точно переполошенные жуки, неказистые вездеходы озерников.
– Где теперь искать ее, твою Тину? – спросил Горн. – Да и захочет ли она?
– По-твоему, девочка может предпочесть рабство?
– Люди разные, малыш. Некоторым и свобода хуже смерти.
– А разве не ты решил освободить всех?
Горн покачал головой.
– Я только поставлю их перед выбором, – ответил он. – А решать каждый будет сам.
«Плавунец» повернулся и побежал в обход горы через завалы разнокалиберных глыб, выглядевшие так, будто здесь порезвился неведомый великан, раскалывая скалы на куски. Затем дорога выровнялась, и амфибия набрала вполне приличную скорость. Но тут же круто затормозила.
– А это что за диво? – удивленно спросил Горн.
На придорожном валуне расположилась, обхватив руками колени, пышнотелая девица в легкомысленном прозрачном одеянии и задумчиво глядела на «плавунец». Трудно было и вообразить что-либо, менее подходящее для здешних мест.
– Кого-то ждешь? – полюбопытствовал Горн через переговорную щель. – Или загораешь?
– Меня забыли, – ответила девушка на ломаном оргском. – Да?.. А вы – возьмете?
– Подвезти, что ль? А чем платить будешь?
Со вздохом она развела колени, показав мягкие ворсистые валики.
– Что ж, вполне, – подвердил Горн. – Да и что еще с тебя взять?
Неуклюже девушка спустилась с камня и пошла к машине, осторожно ступая голыми ногами.
– Похоже, нас ловят на живца, – негромко произнес Горн. – Ты заметил: она даже не успела продрогнуть? Ну-ка, открой люк.
Девушка приблизилась вплотную, когда «плавунец» вдруг взметнулся на полную длину лап, скакнул вперед и всей массой обрушился на нее. Не успев толком испугаться, девица уже стояла посреди кабины, с безупречной точностью накрытая люком. А Горн тем временем поливал молниями покатые склоны, густо изрезанные трещинами, – хотя Эрик не замечал там ничего, кроме неясных промельков теней, да и в тех не был уверен. Однако он без задержки подхватил незнакомку под упитанные бока и переставил на устланный ковром пол, а затем столь же поспешно задраил люк. Сразу Горн сдернул машину с камня и пустил вскачь, не переставая стрелять. Впрочем, продолжалось это недолго – потом выстрелы прекратились, а «плавунец» сбавил ход.
– Как они выглядят? – обернувшись, спросил Горн. – Те, кто тебя «забыл».
– Большие, – ответила девушка, занятая раскладыванием подушек на лежанке. – Жадные. Грубые.
Задрав короткий подол, она показала несколько выликолепных синяков на пышном бедре.
– Что-нибудь говорили? – снова спросил Горн.
– Мало. Будто дикие. И понять трудно.
– С тобой разговаривали?
– Зачем? – удивилась девушка. – Просто брали. Разве неясно?
Наконец она устроила гнездо, удобно расположилась в нем и вздернула рубашку к поясу, открыв доступ к телу. Взгляд ее остановился на Горне.
– Не хочешь спустить пары? – поинтересовался гигант у Эрика. – Она похожа на профессионалку.
– По-моему, красотка предпочла тебя, – улыбнувшись, возразил тот. – К тому же я не занимаюсь этим при свидетелях.
– Ерунда, чего стыдиться – это ж не Ю!.. Да и не буду я смотреть.
В сомнении Тигр разглядывал девицу. Она была совершенно не в его вкусе: рыхлая, раскормленная, – однако тянуло к ней, как к магниту. Стоило лишь увидеть ее тяжелые, неровно вздымающиеся груди и беспокойные бедра, между которыми призывно розовел влажный цветок, ощутить густой, дразнящий аромат ее соков…
– В нее точно демоны вселились, – пробормотал Эрик. – Кто ж ее так зарядил, а?
Немедленно девушка перевела взгляд на него и раздвинула колени еще шире, помогая себе руками. На ее лицо наползала страдальческая гримаса, губы нетерпеливо вздрагивали. Эрик завороженно распрямился, шагнул к лежанке, смутно сознавая, что сейчас провалится туда, как в колодец.
– Погоди, – вдруг сказал Горн. – Лучше не трогай ее.
Остановив вездеход, он повернулся к девице, внимательно ее оглядел.
– Малышка, – спросил затем, – тебе не жжет там?
– Горячо, – подтвердила девушка. – И пусто. Надо заполнить.
– Понятно.
Гигант перевел озабоченный взгляд на Эрика.
– Думаешь, девицу заправили ядом? – недоверчиво спросил тот.
Подобные проделки были когда-то в ходу у Дворцовых интриганов, но чтобы сейчас и здесь… К чему такие сложности?