– Ну, вот и чудище пожаловало, – прозвучал бесстрастный голос Горна.
Шутка не из лучших, раздраженно подумал Тигр. Но только собрался возмутиться вслух, как гигант чуть накренил амфибию – и Эрик увидел.
Из глубины бездонной пропасти будто всплывал горный кряж, медленно извиваясь и подгребая плоскими отрогами. А вдоль его склонов стекались к передней горе обильные заряды, короткими молниями проскакивая между холмами.
– Кажется, с тех давних пор оно подросло, – мрачно заметил Горн. – Теперь ему любая девица на один зуб.
– Врут ваши легенды, Олт, – добавил Тигр, крепче обнимая Ю. – И вовсе не самую красивую выбирали древние, а самую упитанную.
– Вон тот бугор мне очень не нравится, – показал Горн на лоб чудовища, где мало-помалу разгоралось могучее вздутие, вбирая заряды. – Он должен лупить не слабей стационара.
Подводный исполин приближался без спешки, однако вряд ли они успели бы отступить. На самом деле скорость его была немалой, только скрадывалась этими невероятными размерами. И странно: воздух в кабине словно сгущался, а мышцы цепенели, сковываясь невыносимым ужасом.
– То-то мне сообщали, будто по ночам на озере видны вспышки, – пробормотал Олт. – Наверно, это страшилище сбивало лучом живность с окрестных скал.
– Что ж, мы упростили ему задачу, – откликнулся Горн. – Сами прыгнули в пасть.
– По крайней мере, мы сможем взорвать «плавунец»? – угрюмо спросил Тигр. – Чтоб оно подавилось нами!..
– Мстить? – Гигант пожал плечами. – За что?.. Тварь попросту голодна и глотает всё без разбора – сообразно инстинкту и по праву сильного.
– А я не желаю быть слабым, – огрызнулся Эрик, окружая богиню кольцом беспомощных рук. Как же недолго длилась радость!
– Тогда держись крепче, – посоветовал Горн. – Все пристегнулись?
Неожиданно он бросил амфибию навстречу плавучему кряжу, прямиком к грозно полыхающему бугру. Тотчас в голове исполина стали раздвигаться скалы – словно бы распускался чудовищный цветок. Горн слегка повернул «плавунец», и подводный сумрак прорезала молния, кольнув точно в бугор. Скачком тот раскалился до белизны… и вдруг взорвался в клочья. Громадная пасть судорожно захлопнулась, потоками воды амфибию швырнуло на скалы. Каким-то образом Горн сумел развернуть машину и спружинить лапами, иначе бы удар расколол бронеколпак, точно скорлупу.
А невдалеке продолжало биться в медленных конвульсиях исполинское тело, и «плавунец» швыряло из стороны в сторону, словно щепку. Боком он устремился вдоль скал – подальше от агонизирующего чудовища.
– Ты убил его? – с трудом выдавил Эрик, трепеща как лист на ветру. Его самого будто захлестывали волны чудовищной боли. Что это, откуда?..
– Вряд ли, – рассеянно ответил Горн. – Хотя теперь оно рискует издохнуть от голода.
– Вы думаете, у него только один излучатель? – продребезжал слабый голос Олта. Кажется, его корежило не меньше Эрика, если не больше.
Зато Ю, тоненькая и легкая, казалась такой же спокойной, как громила Горн. Еще одно их отличие от людей?
– У меня нет желания это выяснять, – сказал гигант. – Да и некогда. Наша посудина не рассчитана на длительное погружение.
С обычным хладнокровием он направил машину дальше, высматривая в скалах проход, – будто ничего не случилось. Понемногу Эрик высвобождался из-под гнета чудовищного сознания, дрожь стихала.
– Неужели это то самое? – спросил он. – Сколько ж ему лет?
– Тысяч пятнадцать вас устроит? – откликнулся повеселевший Олт. – Полагаю, в те времена оно было куда помельче, иначе огры не смогли бы приманить его даже таким лакомством. А впрочем, может, это и не оно.
– Вон там – смотрите! – внезапно сказал Горн, показывая рукой вниз. – Похоже на вход, а?
В сумеречной дали, почти на грани видимости, стена изгибалась и уходила внутрь горы, в густую тень.
– Какая же там глубина? – Старик поежился. – Колпак-то выдержит?
– Сейчас узнаем, – буркнул Горн и направил амфибию к провалу.
Стравливая воздух, они погружались все глубже, и Тигр проклинал разыгравшееся воображение, уже явственно слышащее потрескивания корпуса.
– Стоило расправляться с чудищем, – пробормотал Олт, – чтобы затем бесславно захлебнуться.
– Помолчите! – вспылил Эрик. – Без вас тошно.
– Тише, дети, – сказал гигант. – Если колпак лопнет, вы охнуть не успеете.
Лапы «плавунца» наконец коснулись гладкого дна пещеры. Впереди открывался широкий ход, и уводил он далеко вглубь – к счастью, с заметным подъемом.
– Не-ет, – разочарованно протянул Горн. – Эта зверюга сюда не втиснется – при всем желании.
– Да быстрее же, мучитель! – простонал Олт. – Вам жить надоело?
Ухмыльнувшись, гигант послал машину вперед. Тоннель все тянулся – прямой и ровный, словно выженный косым ударом чудовищного луча. Скоро и «ночной глаз» перестал помогать, тогда Горн включил фары. Сквозь мутную взвесь свет пробивался с трудом, и они могли видеть лишь малый кусочек хода – кстати, поднимавшегося вовсе не так круто, как хотелось бы. Скрежеча лапами по стенам, «плавунец» торопился быстрее проскочить тоннель, но конца ему все не было.
Эрику показалось, что дышать стало трудней, и сейчас же голос Олта встревоженно сообщил:
– Похоже, воздух на исходе!
– На вас не угодишь, – съязвил юноша. – И задохнуться вы не желаете.
Оба, впрочем, понимали, что призывать Горна к возвращению бесполезно. Да и поздно, наверное. Теперь уж что раньше кончится: ход или воздух.
– Еще есть время, – проворчал гигант. – Я слегка убавил вентиляцию – растянем удовольствие.
Против воли Тигр улыбнулся: уж на скуку рядом с Горном не пожалуешься. Только успевай подставлять бока под удары!.. Незаметно Эрик придвинул к себе богиню, жалея, что не может сейчас ощутить ее всей кожей. Удивительно, но близость девушки добавляла ему храбрости. Будто не он был ей защитником, а наоборот. Так, может, богиня все же бессмертна? А значит, рядом с нею неуязвим и Эрик… Что за чушь!
Неожиданно стены тоннеля раздвинулись, и лучи фар завязли в мутной воде, больше не освещая ничего, кроме неровного каменного пола. Повертев головой, Горн пожал плечами и дал команду на всплытие. Растопыря широкие лапы, «плавунец» оторвался ото дна и стал подниматься – все быстрей. Разогнавшись, он вдруг пробкой выскочил из воды, шумно осел и заколыхался на поверхности.
– Что за черт! – удивленно произнес Горн. – По приборам, до воздуха еще полторы сотни локтей.
Он повел фарами по кругу, задумчиво насвистывая. Оказалось это огромным залом, наполовину затопленным и все же с несуразно высоким потолком. Исполинская лестница вела из воды к просторной площадке, на которой возвышались два неохватных гранитных столба. А дальше только цепочка ржавых скоб поднималась по вертикальной стене к балконам, втиснутым под самый потолок.
– А вы не верили, – торжествуя, воскликнул Олт. – Видите, к этим столбам привязывали жертву!
– Жалко, сейчас ее нет, – откликнулся Горн. – Я бы охотно закусил.
Он устремил «плавунца» к лестнице и по широким ступеням вывел на площадку. Чуть повозился, уравнивая давление, затем открыл колпак.
Первым, конечно, выбрался Олт, зачем-то растирая себе грудь. Эрик подвел ладони под миниатюрные ягодицы Ю – послушно, даже с охотой, она встала, последовала за стариком. И только поднявшись из кресла, Тигр ощутил, какой вокруг густой, тягучий воздух. Даже в легкие он проталкивался с трудом. Сколько же здесь атмосфер?
Однако от богини Эрик не отстал ни на шаг.
– Смотрите, это же кладка! – уже вопил снаружи Олт, тыча пальцем в стену. – Тысячи, тысячи лет!..
Закашлявшись, он снова схватился за грудь.
– Ну, что еще, Олт? – подходя, спросил Тигр. – Опять вы в претензии?
– Это уж слишком, – прохрипел старик. – Такие перепады лишь ограм нипочем.
– Все-таки вы зануда, – сказал Эрик. – Теперь вам воздуха много.
– А вы хоть понимаете, что это значит? – спросил из кабины Горн. – Это помещение заперто наглухо, и воздух здесь сдавлен стопятидесятилоктевым слоем воды – видно, с тех давних пор ее уровень в озере сильно поднялся.