– В следующий раз не отделаешься так легко, – пригрозил Горн.
– Договорились.
Нора сделала знак своим Львятам, и те беззвучно двинулись вперед, доставая из-за спин иглометы.
– Не так! – вмешался Горн. – Обойдемся без крови.
Он снова заглянул за поворот, глубоко вздохнул, изгоняя из мускулов вялость, и рванулся с места. В ушах засвистел ветер, а подпиравшие стену пещерники превратились в изваяния. Исполин налетел на них, точно вихрь, и уложил в несколько ударов. Пока добежали остальные, он уже связал всех четверых. Распрямился и наткнулся на ошеломленные взгляды Львят. Со второго раза они таки его оценили. Что ж, какой смысл таиться дальше?
С опаской Эрик всунул голову в проем, задрал ее кверху.
– Подъемник, – сообщил он. – И тесный. Потому, видно, они и бродят пятерками: больше сюда не войдет.
– Если постараемся, втиснемся вшестером, – возразила Нора. – Вот только оружие придется оставить, иначе подъемник не стронется. Все металлическое – долой… и шлемы тоже. Эти крысы умеют беречься!
Горн покосился на крохотное оконце рядом со входом – похоже, оружие поднимали тут отдельно от людей. А больше одной ходки врагу, кто бы ни был он, просто не дадут сделать. Действительно, обезопасились надежно. Но только не от него, Горна.
– И чего ждать наверху? – спросил он, избавляясь от металла.
– Думаешь, я была там? – ответила Нора, снимая с себя пояс вместе со всей оснасткой. – Конечно, если бы я согласилась переспать с Боншем…
– Еще и этот всплыл! – усмехнулся гигант. – Интересно, что бы делала ты без покровительства Тора?
– Перекусала бы многих, а кое-кого – загрызла… Не веришь?
Постучав пальцем по его скафандру, она вскинула на Горна вопрошающий взгляд.
– Пластик, – пояснил он. – Впрочем, могу снять.
– Пока не требуется. – Нора взяла его под руку. – Ну что, поехали? А они пусть ловят нас внизу.
Горн с сомнением поглядел на ее браслет, отобранный у Монда, но промолчал. С трудом все шестеро разместились на крохотной платформе, включили подъемник. Заскрипели древние блоки, плита медленно поползла вверх. Мимо проплывали темные потрескавшиеся глыбы, тусклые светильники. Зажатая между Стражами, Львица время от времени беспокойно шевелилась, и тогда Горн ощущал ее выпуклости даже через скафандр. Но старался гасить сигналы на самом входе. Ах, если бы они могли выпасть из этой гонки хотя бы на час!..
– Если кто-то заглянет сейчас в шахту, – негромко заметил Эрик, – вряд ли перепутает нас с чистильщиками.
– Что толку переживать? – откликнулась Нора. – Тут от нас ничего не зависит.
Она снова поднесла к уху браслет, внезапно оживилась и прибавила громкость.
«Ты переусердствовал, брат, – раздался из приемника рокочущий голос Тора. – Твоими стараниями скоро некому станет защищать Крепость. Я требую отпустить всех!»
«Чтобы нам ударили в спину? – с достоинством возразил Кон. – Даже невиновные, они не простят нам обиды».
«И будут правы! – громыхнул Тор. – За оскорбления следует воздавать!»
«Они враги прайда, ибо у них грязная кровь. И если еще не предали нас, то потому лишь, что не успели».
«Разве тебе не хватает рабов? – угрюмо спросил Тор. – Или у тебя мало наложниц?»
«О чем ты, брат?»
«Ты знаешь, о чем. Или сам уже путаешь своих личных врагов с врагами прайда?»
«Всегда и во всем я пекусь прежде всего о пользе прайда!»
«Похоже, что прайду будет спокойней без твоей заботы».
«В конце концов, я лишь исполняю волю старейшин, – укоризненно возразил Кон. – Ты же знаешь, брат, сам я ничего не решаю».
«А кто будет оборонять Крепость: старейшины? – рявкнул Тор. – Если задержанные виновны, пусть их осудят Духи – но не ты!»
«Чтобы не задавили нас, нужно давить самим, – убежденно сказал Кон. – И лучше это делать с опережением. Только так можно сберечь прайд!»
– Он или дурак, или предатель, – тихонько вставила Львица. – А пакостит за обоих.
«Разве ты не знаешь, что в Крепость проник чужак, – продолжал Кон, – и что твоя любимица Нора с ним в сговоре? И это в тот час, когда враг стоит у порога!»
«Сейчас меня больше волнует, как сохранить людей, – огрызнулся Тор. – А вот тебе на это плевать».
«У нас великая цель, Тор, – возгласил старейшина, – и нас не страшат жертвы!»
«Ну да, тебе-то чего бояться? Ведь умирать будут другие».
«Вся беда, дорогой брат, что и ты не вполне чист, – с грустью заметил Кон. – И потому тебе безразличны наши святыни. Какое тебе дело до того, что Львы уже не похожи на себя, что они забывают традициии и не чтут стариков? Ты распустил молодых, Тор, позволяя им вольности в повадках и нарядах. Теперь их не влечет слава, не трогает судьба прайда, а хочется лишь сытости и покоя. Одумайся, возлюбленный брат наш, иначе Совету придется принять меры!»
«Жаль, не могу сейчас до тебя добраться, – грозно молвил Глава. – Но предупреждаю: если немедленно не отзовешь свои своры, я сниму со стен гвардию и вышибу их из Крепости вон!.. Мне надоела ваша возня».
И щелчок возвестил окончание разговора.
– Сказано-то решительно, – заметил Горн, – только ничего он уже не сделает: момент упущен. Да и Лот добавит хлопот.
– А главное, дед преувеличивает преданность гвардии, – сумрачно добавила Львица. – Эти храбрецы готовы сражаться со всем миром, но при одном упоминании о пещерниках у них подламываются колени и холодеет нутро, будто страх этот они впитали с молоком матери… Отчего так, Горн?
– Ты сама объяснила: вас запугивали веками. А пещерники привыкли трепетать перед Советом… Но вот кого боятся старейшины?
Женщина снова зашевелилась, будто нарочно вминая в Горна свои упругие холмы, удобнее прилаживая бедра. И на сей раз гигант не смог подавить судорогу, дернувшись, словно под током. Еще немного, обреченно подумал он, и я пошлю всех к дьяволу!..
Горн опять содрогнулся, едва не задев спиной уползающие вниз стены, – ибо Львица вдруг потерлась лобком о его набухший под скафандром ствол. А может, в самом деле?.. Эрик подстрахует.
– Потерпи, мой родной, – шепнула Нора. – Теперь уже скоро.
И все же рядом с ней Горну было легче. По крайней мере, отступили навязчивые видения растерзанных, плавающих в крови тел, а привычное уже раздражение не уходило в звериную злобу. Вдвоем они пока укрощали его безумие… либо направляли в иное русло. Но чем это кончится?
– А куда двинемся дальше? – спросил Горн. – Наугад?
– Недавно мы расспросили одного пещерника, – нехотя поведала Львица. – Кое-чем он поделился… И потом, я надеюсь, нас проводят.
Замолчав, она вскинула лицо к разрастающемуся над ними сиянию. Плавно и торжественно платформа въехала в стальную клетку, прочным колпаком накрывавшую шахту. Тут же под их ногами звонко схватились зажимы, и плита замерла.
– Вот так прием, – пробормотал Тигр, озираясь. – Занятно…
Клетка находилась в самом центре зала, круглого и пустого, по стенам которого, ближе к потолку, тянулся густой ряд бойниц. Из каждой был нацелен на клетку игломет, а за ним, в темной глубине, поблескивали настороженные глаза.
– Пятьдесят, – насчитал Эрик. – Недурной залп, а?
От стены отделился прямоугольник и завис над залом крохотным мостком. Тотчас из дыры выбрался здоровенный детина, не уступающий габаритами самому Тору, и присел на краю мостка, благодушно поглядывая на пленников. Физиономия у него было вполне Пещерная, хотя поживее, чем у прочих, а меховая накидка на плечах подтверждала статус Вождя. Вероятно, это и был Бонш, Вождь Пещерных Львов.
– С прибытием! – радушно заговорил он. – Нора, должен поблагодарить тебя – от лица Совета и себя лично. Наконец ты доказала свою преданность прайду!
Обеими руками женщина стиснула локоть Горна, но он и не собирался дергаться. Эрик тоже сохранял спокойствие, уверенный в друге. Но вот чего ждать от Львят?
– Я очень старалсь, брат, – незнакомым Горну, заискивающим голосом откликнулась Львица. – Как думаешь, теперь меня не подвергнут судилищу?