Тут же снова бросился к пульту, погрузил амфибию обратно в воду и отступил в проход, выставив над поверхностью окуляры-верхогляды. А по тоннелю уже стремительно пятился исполинский ползун, остервенело мотая кормой, будто расчищая себе путь. Такая махина смяла бы «плавунец», не заметив, и даже станковый излучатель вряд ли бы помог. Пробежав пальцами по клавишам, Эрик спроецировал картинку на бронеколпак – впереди, в темной мгле, будто окно распахнулось. Олт отшатнулся с возгласом: «Сохрани нас Гора!» Зато Ю с интересом наклонила голову, вглядываясь в это порождение Темных глубин.
Чудище прогрохотало мимо, всколыхнув в озерце воду. «Плавунец» закачало, на пару секунд окуляры скрылись под поверхностью. Затем вынырнули снова, и Эрик увидел, как перед тесно сдвинутыми кулаками ползуна, перекрывавшими всю ширину тоннеля, вспыхивают неистовые искры, высекая клочья из этих бронированных прессов. Бегунки, ну конечно!.. Что ж, если они не прикончат урода, то, во всяком случае, загонят обратно в Темные Глубины, надолго отбив у него охоту нарушать границы.
– Теперь я понял, – внезапно заговорил Олт. – Вот из-за кого я чуть не утопил вездеход!.. Знаете, Эрик, на меня будто помутнение нашло. Отогнать машину от его лап я еще смог, а затем впал в транс. Видимо, так и сидел, пока вы меня не осветили. Ну и… среагировал.
– Что, нашли виновного? – ухмыльнулся Тигр. – Вот и славно.
Оставив пульт, он наконец выбрался из затопленного скафандра, повернулся к Ю. И неожиданно девушка сама поднялась ему навстречу. Осторожно Эрик вжал в себя ее тонкое тело и провел по нему вздрагивающими ладонями, будто наново узнавая. Только сейчас он ощутил, как пусты были часы без нее.
А Ю? Скучала ль и она по Эрику – ну хоть чуть? Господи, а если их разлучат надолго, что станет с обоими! А если – навсегда?..
– Я бы вышел, да некуда, – раздался за спиной дребезжащий голос. – Но вы не смущайтесь, мне это ничуть не мешает… Только, может, сперва переберемся в местечко поспокойней?
Оглянувшись на старика, Эрик мысленно повторил его слова раза три, прежде чем уяснил смысл. Конечно, Олт прав: благополучие богини превыше всего. Так есть, так и будет. С сожалением отстранив от себя Ю, Тигр усадил ее в кресло, а сам подсел к управлению. «Плавунец» развернулся и по тому же проходу пополз обратно в озеро.
– Что делается наверху? – поинтересовался Олт. – Чем, к примеру, занят Великий Тор?
– Воюет с болотниками.
– Что, и эти здесь? – Старик захихикал. – Вот вам государственная тайна!.. Но вы сами успели их разглядеть?
– В подробностях. Хотя, если б не Горн…
– Так это он их заметил? – с любопытством спросил Олт. – Наверно, издалека?
– Ну так что?
– А то, что на расстоянии пластуна не обнаружит ни один огр – вы же сплошь дальтоники!
– Во-первых, врете: мои отец и брат прекрасно различали цвета. Да и я… некоторые. А что Горн не огр, я и без вас знаю.
Коридор кончился. Подняв амфибию к поверхности, Эрик включил воздухонаборники. Затем откинулся в кресле и повернулся к Ю. Зацепенев в неудобной позе, она смотрела, казалось, прямо ему в лицо, но вряд ли видела. В какие дали ее занесло на сей раз? И надолго ли?
– Хоть не зря прогулялись? – снова не утерпел Олт. – Ну, юноша, очнитесь же!..
– Да уж, – пробормотал тот. – Погуляли от души.
– И как?
Усмехнувшись, Эрик обмяк, ощущая себя тяжелым, как чугун. После таких вот гонок начинаешь ценить каждую секунду отдыха. Кто знает, не возникнет ли сейчас в кабине Горн, не махнет ли призывно рукой, – и перед глазами снова замелькают пейзажи, события, люди…
Некоторое время Олт еще приставал к нему с расспросами, откровенно изнывая от любопытства, настырный не хуже скорпиона. Затем отцепился, сообразив, что от Тигра сейчас мало проку. Повздыхав, старик перебрался на лежанку в глубине кабины, поворочался немного и затих.
А Эрик все смотрел и смотрел на Ю, не решаясь коснуться богини, страшаясь помешать ее мыслям. Все ж не удержался, со всеми предосторожностями пересадил девушку себе на колени, окружив кольцом рук. И только тогда ощутил в душе покой и смог наконец заснуть, даже и во сне продолжая свой нескончаемый с ней разговор. А может, он вовсе не грезился Эрику?
Угнездясь в глубине темной кладовки, между ящиками с вяленым мясом, Горн методично уничтожал Львиные припасы. Почти трехчасовая пробежка по коридорам и залам громадной Крепости не обогатила его ничем, кроме подробного знакомства с этим вконец запущенным памятником старины. По дороге исполин вышиб не одну дюжину дверей и сбил с ног пару десятков Львов, но вряд ли хоть кто-нибудь успел его разглядеть. Трижды на пути Горна случались Невидимки, но всякий раз он отступал прежде, чем попадал в поле их зрения. Сейчас гиганту было не до них, да и хватит с него теплых встреч – во всяком случае, на сегодня. Натыкаясь на продуктовые склады, Горн торопливо набивал себя едой, но почти с той же быстротой в нем и сгорало все. А внутри снова образовывалась гложущая, гулкая пустота. Затем насыщение перестало приходить вовсе. С трудом Горн заставил себя завершить обследование Крепости, все сильнее рискуя сорваться в безумие, и в финале оказался намертво пристегнутым к этим контейнерам. Теперь даже непрерывное поглощение не приносило облегчения, словно куски сгорали, не достигая желудка, – в самом деле, куда могла деваться такая прорва? А может, Горну уже хотелось не этого мяса, сухого и сморщенного, – а дымящегося, трепещущего, живого. И чтоб кровь стекала по пальцам, чтобы корчился и кричал враг, пожираемый заживо…
Хочу власти! – вдруг понял Горн. Действительно, хочу главенствовать над всеми, видеть склоненные головы – тысячи их! – решать судьбы. И утверждать себя – везде, всегда. Плодиться, завоевывать мир… А почему нет? Кто мне эти людишки, мельтешащие под ногами, что общего между нами – теперь? Почему я должен о них волноваться, и что за странная фантазия владела мною так долго? В целом мире есть только Нора… ибо через нее продолжится моя власть… да еще Эрик – может быть… Так, приехали! – хмыкнул исполин. Это конец?
Со всего маха Горн ударил себя по лицу, но боли не ощутил. Итак, долгий путь все же завел его в тупик… А может, у него просто не хватило времени. С самого начала внутри дремало чудище, теперь оно пробудилось и потребовало всего Горна. Или он не там искал? Пытался идти поверху, а следовало углубиться в себя. Но ведь это куда страшней!..
Теперь Горн глотал мясо громадными кусками, даже не разжевывая, но голод ни стихал – наоборот. Разорви меня Ветер, неужто я не могу сломать хребет этому зверю!.. Власти хочешь? Так освободись сперва! Это же боль – всего лишь. Что, я еще не научился терпеть?
Рука потянулась за новым куском, но Горн удержал ее. К дьяволу!.. Так только затягивать агонию. Ну-ка, чего ты сто ишь?
Ладонь снова дернулась – гигант сцепил руки за спиной, придавив корпусом к стене, и оскалился, чтобы не кусать губы. Внутри стремительно нарастала пустота, сверлящая, чудовищная, космическая.
Нет, нет – не буду! – убеждал Горн себя. Я же не зверь, я не хочу убивать! Это ведь люди, такие же как я, часть меня…
Впрочем, сейчас он готов был вгрызться в собственную плоть и уже тянулся зубами к плечам. Каждая клетка вопила от боли, и как ни старался Горн оградить сознание от взбесившегося тела, безумие подступало, надвигалось черной всепоглощающей стеной, которую не обойти, не избежать – можно лишь проломить. А что за ней? Новая стена, еще прочней?
Гигант напрягся, выгнулся всем телом, силясь вырвать руки из своей же хватки, но и не пуская себя. В ушах нарастал гул, глаза почти ослепли от радужных бликов, мысли путались. Слишком многого он сейчас хотел, и все сразу, сразу, – такое могло взорвать любую психику. Но что там за шум? Что я слышу? Должен же я что-то слышать!..
– Крис! – вдруг завопил Горн беззвучно. – Слышите меня, Крис?..
Или он в самом деле кричал? Но тогда звук обрывался у самых губ и уходил… куда?
– Кто здесь? – ответил знакомый голос. – Ну покажитесь, я не вижу вас!
Горн не удивился, хотя не смог бы даже определить направление, откуда донеслись эти слова.