Сейчас Василий остро почувствовал, что теряет Нину. Она уйдёт. Неужели разлюбила!?
Впервые за время ареста он позволил себе пожалеть себя. Он вспомнил,
как в детстве его бил отец розгами почти ежедневно и таким образом калечил морально. Вася кусал отцу пальцы – это единственное, что он мог сделать. Затем он убегал на чердак и своими слезами, как ядом, постепенно вытравил в себе любовь к родителям, а на её месте выросла ненависть. И вот теперь любимая жена занесла над ним свою беспощадную руку. Неужели она сознательно выбрала такой момент? Как жестоко. Что он мог предпринять, находясь за 4 тысячи вёрст! Обвиняемый в несвершённых поступках.
И всё-таки в глубине души Василий не хотел верить, что она послушала кого-то, и из-за слов кем-то сказанных, решила бросить мужа и разлучить сына с отцом. Он не представлял, что она может исчезнуть из его жизни навсегда и превратиться в чужую. От мысли, что её целует другой, он закипал ненавистью к тому неизвестному и, скорее всего, не существующему. Но ещё хуже принимать от Нины моральную и материальную поддержку, только потому, что он в тюрьме. Он слишком горд и самолюбив, чтобы согласиться с этим.
Такое состояние мучило Василия довольно долго. Но вот он получил от жены тёплое нежное письмо и очередную посылку. Сомнения сразу же рассеялись. Праздничное настроение началось с того момента, когда он прикоснулся к вещам из дома. Ведь знаешь, где они лежали, знаешь, что их укладывали милые руки, а ты теперь осязаешь эти вещи. Теперь он сможет писать на хорошей бумаге, курить лучший табак! Всё это доставляло ему величайшее наслаждение. Василий устроил чаепитие и пригласил нескольких товарищей. За столом они вспоминали свою прежнюю работу, говорили о достоинствах табака. А веточку сирени, которую Нина прислала в письме, долго нюхали - она сохранила запах весны. Гости перепробовали все продукты, очень хвалили их, смеялись. Обстановка ему, почему-то, напомнила пасху, когда в детстве после церкви семья садилась за стол.
Когда гости ушли, Василий вспомнил о своём отчаянном последнем письме. Он опять перечитал все 15 писем, полученных от жены, и опять пытался выискать намёки на то, что она разлюбила. Но теперь ничего подобного не нашёл. Напротив, почувствовал её тоску, скуку и тёплое, очень внимательное и нежное отношение к себе. Но то письмо?! То убийственное, в котором Нина незаслуженно его укоряла. Только не знала она, каких моральных мучений стоили ему эти проступки. Восемь лет прошло с тех пор, как они поженились, и ни разу у него не было сомнений в том, что он любит её. И если он не молился на неё вслух, то только потому, что уже был научен горьким опытом в юности, когда его вероломно обманула первая жена. С тех пор, обжёгшись на молоке, он дул на воду, хотя и знал, что Нина не такая.
3
Начались сильные морозы с ветрами. Приходилось надевать шубу. Благодаря заботам жены Василий был одет и обут. Всё у него было по-хозяйски. Он сам штопал носки. Ведь ещё в детстве мать заставляла его заниматься штопкой, мотать нитки в клубок в то время, как его ждали товарищи для очередного набега на малину в барском саду.
Василий соорудил в своей столярке чемодан и наполнил его казёнными и домашними вещами. Там был и пиджак ватный, и две пары ватных брюк, рубашка верхняя, две пары белья, простыни. Шуба была в хорошем состоянии, шапка тоже, а также тёплые вязаные варежки и резиновые галоши на осень. Галоши, присланные женой, приводили всех в восторг, особенно южан. Этот «шедевр» там носили только извозчики. Оставалось запастись валенками.
Теперь Василий жил в комнате с двумя административными работниками. Домик был сделан из досок с двойными стенами, а между ними опилки. Пол никогда не мылся. Кровати деревянные - топчаны.
Только вот очень он страдал от темноты. Кромешная тьма в Заполярье мешает жить. Уже в час дня темнело, а керосина не было, даже мазут давали только в бараки. А там на 300 человек полагалось 3 коптилки.
Вечерами Василию было невыносимо скучно, делать нечего. Спать ложились в 7 часов вечера. Вставали в 6 утра, ели овсянку или сечку. Ели с удовольствием. Так как рассветало поздно, работать шли в 10 часов, когда становилось светлее, и работали часа 3. Работал Василий в тёплом и светлом помещении, изготавливал напильники. Кроме того, делал опыты с газовым освещением. Если бы удалось провести это в жизнь, Заполярье получило бы кое-какой свет. А так даже в клубе сцена освещалась только четырьмя свечами.