Если быть справедливым, то по лагерным понятиям, жизнь была совсем неплохая. Бараки хорошие, баня систематически, работа не изнурительная, подчас даже интересная. Есть возможность слушать радио ежедневно, в частности Москву на короткой волне. Обычно он слушал с 5 до 7 утра, а вечером с 10 до 12. Почти каждый день слышал бой часов на Красной площади, и тогда многое просыпалось в памяти из хорошей прошлой жизни. А может быть, хорошей она казалась только теперь, ведь и тогда были всякие огорчения.
Развлечением, по-прежнему, оставались шахматы и книги, в основном Пушкин. Главной заботой - успеть закончить сооружения к ледоходу, который опасен для опор, сооружавшихся сотней людей в течение двух месяцев.
Василий работал без передышки на основной работе, а потом 5 часов на погрузке досок на так называемом аврале. За 5 часов нужно было погрузить вручную 32 кубометра досок. Василий не работал физически уже 3 года, с тех самых пор, как на Сивой Маске по своему желанию вместе со всеми восемь дней рыл ямы для землянок. Теперь он мог отметить, что физически ещё крепок и многим может дать очко вперёд.
В этот период письма к жене стали очень краткими. Раньше в экспедиции он ездил по деревням на катере мимо различных почт. Дорога оставляла массу впечатлений, и стоило увидеть почтовый ящик, как сразу же хотелось написать пространное письмо. На судострое ближайший почтовый ящик находился довольно далеко, и это не настраивало Василия на письма. Да и дел здесь было полно. Кроме производства появлялись всякие административные дела.
2
Июнь в разгаре. Весна. Правда, со снегом и морозами. Вместе с весной наступила сплавная горячка, к которой привлекли и Василия. Добыл он себе болотные сапоги и уже ежедневно ходил на объекты. Теперь его назначили руководителем объектов. В бригаде было много трудных людей. Они либо работать не хотели, либо воровали, либо проигрывали что-нибудь в карты. Например, десятерых отправили на неделю в командировку. Двое из них вернулись и украли одну из 15 лодок. В общем, развлечения непрерывные.
Он не избежал целого ряда стычек с руководителями, стычек, иногда доходивших до крупных ссор. Непосредственный начальник Василия оказался слишком слабохарактерным. Василия он уважал и прислушивался к его мнению по всем вопросам. Благодаря дару красиво писать и чертить, начальник добрался до должности главного инженера крупного строительства, был даже командирован заграницу, но затем репрессирован. Имущество его со всеми привезёнными из Америки вещами конфисковали. Конфисковали и мотоцикл, и это его больше всего удручало. Затем его посадили, освободили и опять посадили. Подчас его рассказы бывали занимательны.
По многим причинам сплав проходил не так, как год тому назад. Тогда Василию удавалось спать по 12 часов в сутки, теперь же спали не более 2 часов. Эти несколько дней сплава были, как какой-то непрерывный комически-трагический сон, вернее бессонница. Вода поднялась очень высоко, и лес прошёл через сооружение, уронив его. После прохода леса оно всплыло, и в этом счастье её строителей. Ещё произошла авария направляющего сооружения, длиной более километра. Её сломал сам начальник судостроя, он безрассудно взялся везти громадные плоты и ударил ими прямо в тело сооружения, оборвав все стальные тросы. В этот момент там находился Василий с пятьюдесятью рабочими. Их понесло вниз по Печоре. Далеко внизу удалось удержаться на восемнадцати полутонных якорях. После этого начальник поостыл, а Василий два дня занимался ликвидацией последствий аварии.
Наконец они закончили отправку леса, и Василию поручили разработать расчёт и постройку подъёмных приспособлений, которые весили десятки тонн. В условиях Печоры эта задача нелёгкая потому, что не было никаких машин, не было даже металла. Задача осложнялась ещё и тем, что каждая часть сооружений имела длину более 100 метров. Обычные ворота слабы и очень опасны, часто убивают людей. Так как за проведение таких работ никто даже спасибо не скажет, все стремились увильнуть от ответственности и риска. Пытался и Василий, но не вышло.