Василию ещё было трудно представить, как меньше, чем через год он перешагнёт порог своей квартиры. Но это дело будущего. А пока…До освобождения оставалось 8 месяцев. Он приближался к цели. «Движение к цели всё, сама цель ничто», - вспомнил он слова какого-то учёного.
Нине он писал:
«Нинуся! В крае испуганных птиц наступила пятая зима и надо заметить, что до сих пор я везде неплохо устраивался, раз от разу лучше. Скоро я смогу с удовольствием плюнуть в холодное лицо Печоры. Говорят: ”Не плюй в колодец…” но хорошо бы не пить мне никогда из этого постылого колодца. – Но это всё пустяки. Когда я уже увижу твои карие очи»?
Глава девятая
У С Т Ь – У С А
1
Из судостроя в Усть-Усу Василий выехал 14 декабря. Он знал заранее, что там ему предстоит работать опять по строительству сооружений для сплава. Перед отъездом начальник вызвал его и ещё раз предложил остаться. Василий категорически отказался. Ему, как всегда, повезло. Из судостроя до Подчерья шли лошади за грузом, и он отправился с ними. Ехать пришлось около месяца. Можно было бы, конечно, приехать и быстрее, но в лагере никто не торопился. По Печоре Василий проезжал по тем местам, где ходил год тому назад пешком. Ехал он со своим бывшим начальником, который теперь превратился в его подчинённого, так как продуктами и деньгами командовал Василий, а тот только отвечал за вещи и водку. Вещей и продуктов набралось пуда четыре. Беготня и заезды за продовольствием были обременительны и отнимали довольно много времени. Ещё надо было достать попутных лошадей и в то же время не приехать слишком рано в Усть-Усу. Лагерники были отпущены в дорогу без указания срока прибытия, и дорогу в 650 км они стремились растянуть месяца на полтора. Попутные кони были найдены удачно, и поездка была не изнурительной. Перед Усть-Усой они отдыхали неделю. Денег на дорогу дали мало всего 300 рублей, а подводы и ночёвки стоили больше пятисот. Но они не растерялись и добрали недостающую сумму в обмен на имеющееся у них продовольствие.
Конвоиров не было, ночёвки были очень короткие. Удавалось делать свыше 30км в день. Морозы со второй половины пути достигали ниже 40 градусов, а последние два дня даже пятидесяти двух градусов и с ветром, и тогда 5 мин ехали, а полчаса шли пешком за лошадью. Его спутник отморозил лицо. Василию же удалось выйти целым и невредимым. Он принял необходимые меры предосторожности: закрывался в пути одеялом, имел рукавицы и носки, обувь набил оленьей шерстью. Чтобы вши не заели на ночлегах, нужно до дороги 2 недели не мыться, что они и сделали. Тогда вши не решались избрать их в качестве кормовой базы. Этот способ помогал безупречно.
Питались они в дороге хорошо. Получали, где могли молочные продукты, причём бесплатно. Удавалось выпивать, но редко. Ночлег в пути был намного хуже, чем в зоне. Тем не менее, в дороге Василий чувствовал себя хорошо.
Новый 1941 год он встречал в пути без вина и музыки, так же как и Сашины именины. Но ехать было куда веселее, чем сидеть на одном месте, тем более, что в кармане Василий вёз документы о своём освобождении. И хотя они были запечатаны, он всё-таки не выдержал и прочитал. Там говорилось, что 28 июня 1941 года начальнику лагеря приказано выдать В.Е.Соломину справку на получение паспорта. В числе прочих бумаг были характеристики. Характеристика оказалась положительной. В ней было даже пара похвальных отзывов по поводу его размаха в работе. Конечно, всё это теперь мало интересовало - оставалось 6 месяцев срока.
Дорогой Василий встречал освобождённых и выяснял, чем они собираются заниматься в дальнейшем. Побывав в Кожиме на новой станции строящейся железной дороги Кожим-Воркута, он узнал, что дорога уже доведена до Печоры и продолжает строиться дальше. Теперь везде на эту тему шли разговоры.
Он узнал, что правила освобождения опять изменились. Теперь какой город выбрал, туда и езжай жить. Вот и ломают люди голову, как быть. Возьмёшь какой-нибудь город, а там не удастся устроиться. Что тогда? В грузчики идти никому не хочется. Многим, преимущественно специалистам, предлагали оставаться в лагере с зарплатой тысяча рублей в месяц. Василия мучили сомнения. Неизвестно, как изменилась обстановка за последние 5 лет. И тогда у него созрел определённый план, когда и волки могли бы быть сыты и овцы остались бы целы. План заключался в следующем: если работать в лагере, то учитывая, что лагеря есть и под Ленинградом, постараться устроиться именно там. Такое возможно осуществить через ГУЛАГ ( Главное Управление Лагерями). ГУЛАГ достаточно высокая организация, помещается в Москве. Если работа по специальности найдётся, то и к семье он будет довольно близко. Он очень надеялся на то, что и Нина этот план одобрит.