Раздавшийся неожиданно звук падения и последовавшие затем рыки морзохов прервали размышления проводника. И он бы даже не обратил внимания, если бы не такой знакомый писк аристократа:
― Пощадите, умоляю!
Мгновенно оглянувшись, Амбер увидел распростёртого на земле герцога Леспефлианского. Бледный, вспотевший вельможа всё ещё не мог отдышаться и дрожал всем своим тщедушным телом. Одной рукой он упёрся в землю, другой же прикрывался от замахнувшегося на него ятаганом ближайшего морзоха-охранника. На рассуждения не было времени, и Амбер лишь успел крикнуть «Стой!», даже не подумав, какими последствиями могло обернуться это его вмешательство для него самого и остальных пленников. Пеалгир тоже оглянулся, молодой солдат из его подчинённых чуть вздрогнул от неожиданности, один за другим остановились и морзохи отряда.
― Какие у тебя проблемы, человек? Этот хилятик не в состоянии тащить далее свою ношу, а нам тут слабаки не нужны! Будешь же вмешиваться куда тебя не просят ― и сам получишь ятаганом по шее!
Возвышающийся над слабым телом герцога морзох угрожающе обернулся к Амберу с обнажённым ятаганом на готове. Так и не скинув со спины вязанку щитов, Амбер вернулся назад, подойдя к морзоху, и продолжил, причём достаточно громко для того, чтобы его услышал и идущий впереди Ганшур:
― Да, он слабо выглядит, это очевидно. И слабость его является следствием болезни, несварение, знаешь ли. Но хотел бы вам всем напомнить, что вельможа этот так богат, что вам и не снилось. И если вы его сейчас убьёте, то потеряете прекрасную возможность получить за него вполне приличный выкуп, хоть золотом, хоть оружием, хоть ценными вещами. Вы сами видели, что карета его была набита мехами и золотой посудой, да и те кошели, что вы сняли с его пояса, думаю, вас не разочаровали. А потому я бы посоветовал вам потерпеть этого доходягу ещё некоторое время, а потом отправить в одно из его поместий в Фануи или Витгарде письмо с требованием выкупа. Такая стратегия принесёт вам в будущем намного больше выгоды, нежели просто его убийство сейчас.
Рука морзоха застыла в нерешительности. Ганшур тоже обернулся и наравне с другими теперь наблюдал эту сцену. Решив, видимо, не чинить самосуд и оставить богатого пленника на милость своего главаря, морзох вернул ятаган в ножны, затем снова склонился над дрожащим герцогом и зарычал:
― Твоё счастье, что ты богат, иначе прирезал бы тебя тут, не раздумывая. А сейчас ― тюк на спину и вперёд!
― Да... ― лепетал в страхе герцог, нащупывая дрожащими руками на земле тюк с награбленным добром из его же кареты и безуспешно пытаясь хоть как-то приподнять его, чтобы закинуть себе на спину эту ношу. Два раза пытался герцог справиться с тюком, и оба раза тяжкий груз вываливался из слабых рук аристократа, так и не дотянув до уровня его спины. Под угрожающие взгляды окружающих их морзохов Амбер подошёл вплотную к герцогу, поднял того за шкирку и поставил на ноги. После чего переместил свои щиты большей частью на правое плечо, а на левое закинул тюк с мехами и посудой. Подбадривая герцога идти впереди себя когда словом, а когда и пинком, Амбер продолжил шествие в составе морзохского отряда, теперь лишь немного поотстав от основной группы пленных.
― Ты обязан был защищать меня, проводник!.. ― почти проныл ослабевший вельможа по прошествии каких-нибудь двадцати минут, когда каждый член оряда снова ушёл в свои мысли и никто более не оглядывался на нагруженного вдвойне пленного воина и бледного, измождённого аристократа в грязной и порваной, а когда-то красивой и богатой кружевной одежде. ― Я же нанял тебя для своей защиты.
― И я сейчас защитил тебя, ― невозмутимо ответил почти не видный из-под щитов и тюка на спине воин.
― Они разграбили мою карету, они едва не убили меня! ― вполголоса возмутился герцог. ― Ты плохо защищаешь!
Амбер лишь пожал плечами, насколько это было возможно с нагруженными на спину трофеями.