— Приветствую, капитан. Да пребудут с тобой сила и мудрость единого нашего бога Ситтарха!
Браселид кивнул на приветствие воина и не спеша развернул бумагу. Чтение заняло буквально секунды, а вот проверка печати на истинность и неподдельность последней потребовала дополнительных пары минут. Наконец, удостоверившись в оригинальности письма, капитан встал, шумно отодвинув свой стул, и с письмом в руке направился к дверям, возле которых и располагался его стол.
— Жди тут пока, — спокойно бросил он напоследок через плечо визитёру и скрылся в дверях. Почти в эту же минуту из дверей появился дворцовый охранник, намного моложе и ниже по рангу, нежели его командир. Кивнув Амберу в знак приветствия, он встал возле стола дежурного, с выражением высокой ответственности на своём лице осматривая воина и весь коридор за ним.
— Вепс? — Амбер едва вспомнил его имя. Это был новенький одного из отрядов, призванных для охраны Дворца.
— Угу.
По всей видимости солдат был настолько польщён возложенной на него ответственностью, что оказался совсем не расположен к какой-либо коммуникации.
— Как служба? — не унимался Амбер. Несколько дней одинокого шествия по лесам и сопровождающее всё это время Амбера волнение породили острую потребность в общении. Но солдат был непреклонен:
— Нормально.
Амбер пожал плечами и уселся на стул сбоку от стола охраны, приготовившись к длительному ожиданию. Ожидание заняло без малого час.
Поначалу ничто не нарушало утреннюю тишину дворца, но время шло и вот уже стали открываться и закрываться парадные двери, каждый раз впуская внутрь то слугу, то смиренного жреца, спешащего на утреннюю молитву в нижние залы, то солдата из службы охраны, то горожанина, с нижайшим видом несущего корзину, доверху наполненную предназначавшимися жрецам дарами. Некоторые из пришедших, как например, солдаты, кивали Вепсу, некоторые, среди которых были жрецы и слуги, не обращали на постового никакого внимания. Горожане подходили к столу с самым нижайшим видом, оставляли корзины с дарами, многие что-то просили у Вепса и Амбера и, не получив удовлетворяющего их ответа, просто садились в стороне на полу в ожидании решения их вопроса со стороны более ответственного лица. Вепс по большей части не особо вникал в надобности посетителей, скорее наблюдая за порядком в переднем зале дворца и выискивая среди входящих подозрительных лиц. Вскоре поток людей значительно снизился и тишина зала теперь нарушалась только неспешно проплывающими в разных направлениях жрецами в длиннополых светлых одеждах да тихим перешёптыванием сидящих на полу просителей.
Амбер всё так же сидел на единственном стуле возле стола охраны (кресло Браселида по прежнему было незанятым, поскольку Вепс предпочитал вытянуться в струнку по другую сторону стола от Амбера). На столе и на полу перед ним красовалось уже несколько корзин с подношениями. Некоторые из них были прикрыты искусно вышитыми салфетками, другие же позволяли открыто рассматривать их содержимое, а было там всего и на любой вкус: вяленые окорока и сыры, бутыли вина и хмельного пива, хлеба и даже старый картофель ещё прошлого года сбора. Особенно взгляд Амбера привлекла жадно открывшая свой рот и вопросительно выпучившая на него глаза сушёная рыбёха, торчащая из ближайшей к нему корзины на краю стола. В животе Амбера что-то жалобно заурчало. Время шло. Отчаявшись незаметно вытянуть из корзины рыбёху, Амбер остановил свой выбор на красном, лишь слегка примятом с одной стороны яблоке. Завладеть яблоком представлялось воину более выполнимой затеей. И вот, при очередном открытии дверей — в зал вошёл мальчишка-слуга в полотняных штанах и такой же рубахе и с щётками для натирания полов на обеих руках — красное яблоко из-под рыбьего бока перекочевало в рукав мужчины.
— Да направит Ситтарх помыслы ваши и да укрепит ваш дух!
Амбер вздрогнул. Возле горожан-просителей стоял жрец и, положив обе свои ладони на головы ближайших к нему людей, по-отечески наставлял их на путь и давал свои благословения от имени Единого Бога Равновесия.
— И Тьма расступится пред вами, а враги вашу падут ниц и усомнятся в правдивости их богов, ибо нет бога правдивее и единственнее, нежели Ситтарх, Единый Создатель и Хранитель равновесия в этом мире!