Я вскочила с кровати, решив, что лучше занять себя делами, чтобы не дать мыслям о пророчестве и нашей связи с Кейдом вновь поглотить меня. Мама уже с утра возилась на кухне, а отец, как обычно, восседал за своими свитками.
— Доброе утро, — сказала я, пытаясь выдавить улыбку, которая должна была убедить их в том, что всё в порядке.
— Доброе утро, Лея, — ответила мама. — Ты рано встала сегодня.
— Да, мне хотелось бы побыстрее закончить дела, — солгала я.
Мои родители ничего не подозревали о моем состоянии, и мне было проще не вдаваться в подробности. Только я понимала, что мои поиски ответов о пророчестве и Кейде — это то, что никто не сможет мне объяснить. Я хотела сбежать из дома в лес или на рынок, в надежде снова его увидеть, но осознавала, что вряд ли смогу найти его так просто.
Пока я сидела за столом и ковыряла завтрак, отец неожиданно нарушил тишину. Его слова, как гром среди ясного неба, заставили меня вздрогнуть.
— Сегодня вечером будет праздник в деревне, — сказал он, свернув свиток. — Фестиваль урожая. Там будет весело. Почему бы тебе не сходить?
— Фестиваль? — я на мгновение отвлеклась от своих тревожных мыслей. — Но… разве мы обычно его отмечаем?
— Конечно, отмечаем, — мама посмотрела на меня с удивлением. — Это же традиция. Прекрасный повод встретиться с друзьями, повеселиться. А тебе точно не помешает отвлечься.
Идея пойти на праздник звучала странно. С одной стороны, мне хотелось просто забыться, быть среди других людей и хотя бы ненадолго отвлечься от всего происходящего. Но что-то внутри меня говорило, что именно там, на фестивале, что-то должно произойти. Как будто мир снова готовил мне испытание, которого я совсем не ждала.
Я молча кивнула, соглашаюсь на их предложение, хотя внутренне понимала, что праздник — это только предлог для чего-то большего.
Вечером я долго стояла у зеркала, пытаясь найти хотя бы одну причину не идти на праздник. Но чем больше я смотрела на свое отражение, тем больше чувствовала, что всё-таки должна туда пойти. В глубине души я понимала, что это не просто событие в деревне, а нечто большее. Моя связь с магией, пророчеством, Кейдом — всё это будет там, даже если я не могу понять, как именно.
Выйдя из дома, я сразу же почувствовала запах сена, огня и свежевыпеченного хлеба, смешанный с ароматом меда и вина. Деревня была ярко освещена: уличные фонари, горящие факелы, свечи на столах, украшенные цветами. Люди смеялись, пели песни, разносили тарелки с угощениями. Я не могла не улыбнуться, видя, как все вокруг счастливы, даже если я сама не чувствовала этого счастья в себе.
Но по мере того как я пробиралась сквозь толпу, какое-то чувство тревоги становилось всё сильнее. Я оглядывалась, искала знакомое лицо, ожидая увидеть Кейда, но его нигде не было. Чем дольше я искала его взглядом, тем больше начинала нервничать. Что, если он вообще не придет? Что, если это всё — лишь моя фантазия?
И вдруг я услышала громкий звон колоколов. Люди начали собираться в центре деревни вокруг большого костра, и я подошла ближе, чтобы увидеть, что происходит. Вдруг толпа разошлась, давая дорогу… Бояне.
Полуденница, о которой часто шептались жители деревни, была известна своей красотой и силой. В её присутствии все замирали, не смея даже вздохнуть громко, а она, как королева, грациозно скользила между людьми, ее длинные золотые волосы струились по спине, а глаза светились, словно у дикого зверя. И эта дикая, первобытная красота наполняла её силу, от которой невозможно было отвести взгляд.
И вот, её взгляд нашёл меня. Я вздрогнула. Наши глаза встретились, и на мгновение мне показалось, что она видит меня насквозь. Её губы изогнулись в легкой усмешке, словно она уже знала, что ждёт меня впереди, и это знание приносило ей удовольствие.
— Вот ты и здесь, — сказала она, приблизившись. Голос её был тихим, но каждый в толпе затих, словно она говорила им всем. — Какая честь, Лея, что ты соизволила прийти на наш маленький праздник.
Я нервно сглотнула, чувствуя на себе её пристальный взгляд. Казалось, что её слова содержат в себе не только насмешку, но и вызов.
— Я просто пришла повеселиться, как и все, — ответила я, стараясь не отводить взгляда.
— Повеселиться? — переспросила Бояна, и её смех разнесся эхом. — Такие, как ты, редко бывают на праздниках. Может быть, потому что не хотят признать, что не принадлежат к этому миру?
Её слова были подобны пощёчине. Казалось, что весь мир вдруг замер, слушая, что я отвечу. Но я не знала, что сказать. Меня одновременно захлестнуло чувство обиды и гнева. Кто она такая, чтобы судить меня? Она и понятия не имеет, что я чувствую, что происходит в моей жизни…