Все подобные мальчики мечтали быть отважными летчиками и смелыми моряками, но Абрамович был настолько робок, что решался только на половину мечты, то есть на моряка. Вот, бывало, разметается под байковой одеялкой и грезит: выходит он в море… и мачта гнется и скрипит… или даже две мачты.
Став взрослым британским миллиардером, Абрамович поверил в мечту, что был с его стороны подвиг, ибо до этого он никому и ни во что не верил.
А поскольку Абрамович плохо знал, в каком отделе универмага «Хэрродз» яхты продают, то поутру как-то сказал верному Швидлеру, отводя по привычке глаза:
– Ты эт… брат… того… ну, типа, яхту…
И сунул любимую, чисто платиновую, «визу» в потную швидлерову ладошку, закрыв в предвкушении глаза. А когда через полгода открыл, то вместе со ртом. Швидлер, хлопотун эдакий, выторговал у Пола Аллена из «Майкрософта» по случаю за 110 миллионов американских у.е. яхточку «Ле Гран Бле» – с вертолетной площадкой, бассейном и прочим фаршем на скромном протяжении 108 метров. Господи, подумал Абрамович, вот ведь страхолюдина! Не то утюг, не то пароварка! Паруса-то где? Да если на ней мачта и погнется, то от удара крылатой ракетой!
– Ты… эта… типа… не такую, – сказал тихо и вежливо Абрамович Швидлеру, поскольку успел перенять у Березовского хорошие манеры, тем более что заказное убийство Швидлера в центре Лондона обошлось бы недешево.
И Швидлер ускакал молодой лошадкой исправлять допущенную ошибку. И прискакал уже на борту яхты «Пелорус» длиной 115 метров, меж двух вертолетных площадок и одной маленькой подводной лодки, размахивая слипом на 130 миллионов у.е. и радостно крича:
– Роман Аркадьич! Как ты просил – есть все, включая противоракетную оборону!
«Нет, замочить в сортире было бы разумнее, – подумал расстроенно Абрамович словами одного знакомого чиновника. – А с названием он что – издевается? Намекает, что мы с моим знакомым чиновником так и не приватизировали толком Лукашенко?! Где, блин, алые паруса детской мечты?!»
И не испепелил Швидлера взглядом только потому, что, несмотря на старания Березовского, так и не научился смотреть людям в глаза.
И тогда в третий раз ускакал Швидлер – уже за яхтой «Экстаси». Понял человек, чего от него хотят. Длина будет поменьше – всего 86 метров, и вертолетную площадку, чтоб глаза не мозолила, спрячут в ангар под палубу, как у Джеймса Бонда.
Но пока алые паруса не взвились над речкою Темзой, жизнь Швидлера в Лондоне – под вопросом.
Однажды пошел с утра Роман Абрамович на рынок. Ну, там, по мелочи чего прикупить: нападающего Креспо немножко, защитника Бриджа или, на худой конец, второй красный «бентли», хотя последний можно и на сдачу.
Беспокоило его, что газетчики в ногах так и шныряли, лишая радости тихой прогулки среди чистых, опрятных торговых рядов. Вот, скажем, не успеет прикупить квартирку на Ютон-сквер, пригласить тренера английской сборной Свена-Горана Эрикссона новоселье чайком обмыть, как тут же – нате: фотка в газете. Или про перекрашенный за каких-то пол-лимона гринбаксов в приятный желтый цвет «боинг» тоже все, кому не лень, треплются.
Даже Березовский на лету бросил однажды:
– Что у вас, Роман Аркадьевич, такая тяга к ярким цветам? Кризис, поди, среднего возраста! О здоровье подумали б! – и умчался на черном «майбахе».
«А ведь прав Березовский, – подумал Абрамович на рынке, – чего это я?»
И не купил ни новый бассейн, ни самолет, ни подлодку, ни человечков для команды, ни депутата парламента, ни крайнесеверную республику, а всего лишь за 99 английских фунтов скромные пластмассовые часы Polar M61 со встроенным кардиомонитором: считать калории, показывать сердцебиение и всякое такое медицинское прочее.
И разочарованные газетчики, лишенные материала, написали, что Абрамович теперь держит руку на пульсе.
Однажды Роман Абрамович решил навестить Кена Бейтса, у которого он в свое время купил за 200 миллионов у.е. футбольный клуб «Челси» вместе с долгами. Поскольку долгов оказалось немножечко больше, чем обещалось, Бейтсу пришлось переехать из столичного Лондона в европейскую глушь, провинциальное княжество Монако. Тем более что глушь давала освобождение от налогов, чем многие бедолаги и пользовались.
И вот Абрамович собирался к Бейтсу поговорить как мужчина с мужчиной, а заодно на кривой козе к вопросу о налогах подъехать. Но поскольку ни одной козы у Абрамовича в Файнинг Хилл не водилось, пришлось добираться в Монако на чем бог послал – на утлом челне «Ле Гран Бле», который как-то прикупил ему по случаю верный Швидлер.