В Хемседале легко провести на лыжах неделю, постепенно понимая, чем для норвежцев является спорт. Это не часть светской жизни и не пресловутый «экстрим» (в котором всегда читается бегство из офиса), и даже не спорт результатов и достижений. Здесь спорт – это физическое, руками и ногами, освоение мира, обозначение своего места в ландшафте; здесь метели такие, что все склоны за час превращаются в off piste.
Впрочем, и без метели внетрассовое катание в Хемседале грандиозно. Взять Вергилия в этом случае – лучший совет. Одна из долин называется Долиной Смерти, и это скорее констатация факта, чем пышность слога.
Меня мой Вергилий укатал вне трасс так, что я постыдно попросил его о пощаде. Услышав печальную историю забитых до положения крепостных крестьян бедренных мышц, он махнул палкой в сторону от обрыва, в который явно намеревался прыгнуть сам:
– Езжай тогда туда. Там будет обычный склон.
Я поехал, куда он сказал, и вскоре вздохнул с облегчением: передо мной начинался всего-навсего «черный» могул.
Ах, отличная была поездка! По приглашению норвежского совета по туризму, с сумасшедшими любителями офф-писта из компании «Вертикальный мир»… Я там представлял газету Pulse St. Petersburg. Я бы ради лыж и не такое представил!
За кадром остались два момента. Первый… хм… В общем, я обнаружил, что в Норвегии в обычном газетно-журнальном закутке на автозаправке запросто продаются порнокнижки. Не на верхних полках, куда не дотянуться детишкам, и не запечатанные в черную упаковку – лежат в открытом доступе: листай не хочу. Я полистал. Не слишком высокого качества, черно-белые, но, без сомнения, принадлежащие к категории хард-порно. Не знаю, может быть, так норвежцы стимулируют рождаемость. А может, они не прячут порно от детей по той простой причине, что детям порно не интересно, им интереснее машинки или куклы. А когда дети превращаются в подростков, они все равно до порнографии добираются. И лучше, если добираются уже после курса сексуального просвещения (он в Норвегии начинается чуть не с детского сада).
Второй момент, более существенный для путешественника, состоял в том, что Норвегия оказалась невероятно дорогой страной. Самой дорогой среди тех двадцати, про которые я пишу в этой книге. На той же заправке счет за бутерброд с баночкой колы был около 20 евро. Это цена скромного ужина в Париже и нескромного – в Лионе.
В общем, я готов поверить в нефтедолларовое проклятие, не минувшее и Норвегию. Просто в Норвегии оно принимает скандинавскую форму: средняя зарплата – 5 тысяч евро, после налогов – 3 тысячи евро, но цены на все, от еды до электричества, чуть не вдвое выше среднеевропейских.
И особо бешеных денег стоит в Норвегии спортивное снаряжение. Хороший горнолыжный костюм идет по цене костюма от Etro у нас. Все правильно: если наш национальный спорт – кидание понтов (выше, дальше, быстрее), то у норвежцев – выяснение отношений с миром в прямом, физическом варианте. А прочее товарищам с севера по барабану.
И на меня эта шкала ценностей в известной степени повлияла. Русского во мне после спуска по «черным» трассам стало меньше, а норвежского – больше.
И это, как мне кажется, нам с Россией только на пользу.
#Швеция #Стокгольм #Упсала
Обобществленное радио
Tags: Институт для журналистов, созданный министром финансов. – Зайцев, Кодье и прочие негры эфира. – Чем государственное отличается от общественного.
Недавно с группой товарищей я побывал в Швеции. На деньги шведских налогоплательщиков. Группа товарищей увиденным (а точнее, услышанным) была потрясена. Я же их потрясением был вдохновлен.
Про «группу товарищей» я пишу без иронии – дюжина программных директоров, главных редакторов и владельцев радиостанций, с географией от Сочи до Костомукши, местных и сетевых, целую неделю искренне удивлялась тому, чему в Швеции удивляется любой путешественник.
Ну, скажем, дивились готам в университетском студенческом городке Упсала (с ударением на второй слог; это тот самый городок и тот самый университет, в котором занимался своей классификацией видов Карл Линней). И если вы думаете, что знаете, как выглядят те, кто называет себя готами, то вы не знаете, как выглядят упсальские готы! Они не просто ходят в черных сапогах, черных плащах, в цепях, с волосами, крашенными в радикальный черный цвет, – они стригутся так, что спереди лицо являет собой сплошную черную челку, нависающую примерно до подбородка, отчего смотрятся эти ребята, как будто поменяли лоб с затылком – сильное, доложу вам, зрелище!