Ната долго шла по длинному-длинному-длинному коридору, ноги ее едва держали. Навстречу вышел Умница, и Ната усмехнулась над комичностью ситуации: его старые ноги с расшатанными шарнирами так же шаркали и не сгибались, как сейчас ее.
— Ты была хорошей девочкой? — спросил он у Натали, мягко улыбаясь силиконовыми губами.
— Я была ужасной, страшной, отвратительной… — сказала Ната. Думала, что сказала: губы шевелились беззвучно. Умница понял все по-своему.
— Вот и молодец, — ответил он.
Ната не стала поправлять, продолжила свой путь. Очень хотелось пить. Просто пить. Настоящей реальной воды. А потом умыться хорошенько, а руки намылить и потереть щеткой… Но Натали боялась, что и это не поможет.
В опустевшей столовой сидел Роланд, руки сжал в замок и положил перед собой, взгляд неотрывно следил за входом. Конечно, она мгновенно встретилась с ним глазами, как только переступила порог. Интересно, давно он так сидит?
Ната молча пошла дальше. Взяла картонный стаканчик, налила воды из фильтра и долго жадно пила, словно пыталась загасить бушующее в груди пламя. Погасишь его, как же…
Она стояла спиной к Ройлу, но обострившиеся чувства подсказали ей, что он встал и тихо, медленно подходит сзади. Ната зажмурилась. Так крадется… Он все понял. Он идет, чтобы убить… И пусть, пусть…
Роланд положил ладони на ее плечи. Ну, давай уже! Не тяни!
«Я знаю, ты сильный и быстрый… Я не стану сопротивляться…»
Он развернул ее осторожно и прижал к себе. Ната всхлипнула, отчаянно вцепившись в его обнимающие руки онемевшими от напряжения пальцами.
— Отпусти, отпусти меня! Ты не знаешь, не знаешь, — скороговоркой, бестолково и быстро заговорила она. — Я тьма! Меня уже не спасти! И лучше всего, прямо сейчас меня…
Она хотела сказать «убить», но смелости не хватило. Потому что жить сейчас в его объятиях, чувствовать его тепло, было не так уж плохо. Пусть убивает, но позже. Еще минуту, еще несколько секунд…
— Что ты натворила, принцессочка? — спросил он.
Натали не стала скрывать. К чему тянуть, пусть сразу узнает правду. Рассказала все, как было, ничего не пытаясь утаить и оправдать себя хоть как-то.
Чудовище… Это про нее Гладис сказал, как она сразу не поняла.
Роланд слушал и не перебивал, только все плотнее сжимал губы.
— Пойдем, — произнес он, когда Ната закончила рассказ. — Жаклин здесь.
— Ты ей хочешь рассказать? — у Натали сердце оборвалось. — Сейчас? Нет, пожалуйста, я не смогу…
— Только уточнить кое-что, — сказал он мягче. — Не станем ее расстраивать.
Жаклин удивленно посмотрела на непрошенных гостей. Она сидела на кровати в своей комнате и читала на ридере. Ната удивилась тому, что девушке удалось создать в комнате видимость уюта: приятное бежевое покрывало, какие-то безделушки на полке. Где только она умудрилась это раздобыть? Жаклин заметила ее интерес и сочла нужным объяснить.
— Ребята стащили это для меня в магазине. Им все равно надо было тренироваться. Вы ведь не за этим сюда пришли?
Роланд и Ната переглянулись, не зная с чего начать разговор так, чтобы не вызвать подозрений.
Натали села рядом, устраиваясь на мягком пледе.
— А для меня они стащат, как думаешь? Я тоже люблю красивые вещички! Когда-то у меня была комната на самом верхнем этаже, под самым небом. Каждое утро я просыпалась от солнечного света. А ты? У тебя была своя комната.
Жаклин с подозрением посмотрела на Нату — чего это той вздумалось навязываться в подруги, отвлекать ее пустой болтовней. Но промолчать, видно, посчитала невежливым.
— Да, конечно, — ответила она. — Но не такая шикарная, как у тебя. Мы живем… Жили… В Медиуме.
— А твои родители чем занимаются? Ты говорила — а я забыла…
— У них сеть ресторанов.
Ната заметила боковым зрением, как брови Роланда удивленно приподнялись. Сеть ресторанов и программирование — как-то это не вяжется.
— Твой отец… Он, наверное, отлично готовит?
«Кошмар, что за глупости я несу?»
Но Жаклин не почувствовала подвоха, наоборот, ее пробило на откровенность. Вспомнить дом было приятно.
— Если честно — ненавидит. Это мама больше занимается семейным бизнесом. А отец… В юности, говорят, был классным хакером. Так и накопил денег, чтобы заняться легальным бизнесом. Он не говорил, но я видела, что он продолжает подрабатывать потихоньку. Я несколько раз застукала его за написанием программ. Просил, чтобы маме я ничего не рассказывала…
Жаклин вдруг замолчала, глаза ее потухли…
— К чему все это? Он не отец мне больше…
Нату против воли порадовали эти слова, словно это снимало часть груза с ее души.
— Так ты не сильно расстроишься, если он умрет? — вырвалось у нее.
Роланд стоящий за спиной Жаклин выразительно на нее посмотрел и приложил палец к губам.
— Что ты хочешь сказать? — прошептала Жаклин.
— Ничего, ничего… Просто я так зла на своего, что, если встречу — убью на месте.
И Ната наигранно хихикнула, показывая, что это всего лишь шутка. Жаклин, однако, дурочкой не была, почувствовала подвох.
— Куда вы ездили с Айвоном и Гладисом? — спросила она, хмурясь. — На какую-то тренировку?
— Да, на тренировку… Ну, отлично поболтали. Мне уже надо идти!
Жаклин с подозрением смотрела им вслед, и Нате казалось, что даже в коридоре она продолжает ощущать ее взгляд.
— Ой, Ройл… Чуть сердце не остановилось… Это он. Это, правда, он… Как ужасно. И ничего не понятно…
И Натали вновь ясно вспомнила обо всем, что произошло, немедленно ощутив себя грязной и гадкой.
— Ты, наверное, и видеть меня больше не захочешь, — сказала она. Слова приходилось выдавливать из себя по капле. — Я… сама… виновата…
— Ого! — выдохнул Ройл. — Что я слышу?
— Это не смешно. Он умрет из-за меня…
Роланд поднял ее лицо за подбородок, заставляя посмотреть на себя.
— Послушай меня. Он пострадал не из-за тебя. Не ты его похитила. Эти люди просто воспользовались слабостью растерянной девчонки, которая еще сама не знает, как ей обращаться со своим даром.
— Проклятием… — хмуро пробормотала она.
— А вот жив он сейчас благодаря тебе. Слышишь? Ты остановила их в последний момент. И его еще можно спасти.
— Думаешь? — впервые за этот ужасный день впереди забрезжила какая-то надежда.
Ройл потянул ее за собой в комнату, которую занимал. Он выглянул в коридор, потом закрыл дверь и тихо сказал:
— Я думал все утро…
Роланд вдруг взял ее руки в свои и Ната испугалась. Что он хочет ей сказать?
— Едва ли я смогу помочь, оставаясь здесь.
У Натали сжалось сердце, такое вступление обозначало только одно — Ройл хочет уйти. Он прав, конечно, прав… После сегодняшней стычки у Понтия не должно остаться сомнений, что Роланд не друг им, не союзник, и никогда им не станет. Возможно, у него осталась последняя возможность, чтобы уйти незамеченным. Ната и сама ему хотела сказать тоже самое. Но отчего же тогда так больно и грустно?
— Да, тебе надо уходить, — прошептала она, сдерживая слезы. — Спасибо за все, Ройл.
Роланд качнул головой.
— Ты меня неправильно поняла. Я вернусь, как только смогу. Очень быстро. Ты мне веришь, принцессочка? Я хотел бы взять тебя с собой, но это может быть слишком опасно. Не хочу тобой рисковать.
— И уговаривать бесполезно?
Он поцеловал ее в лоб.
— Бесполезно. Они не станут искать меня, но на поиски тебя бросят все силы. В прошлый раз знали, что мы сами вернемся в ловушку, теперь ждать не станут.
Ната кивала, а на душе было тошно.
— Я вернусь, — повторил он. — Слышишь? Я должен понять, что здесь происходит, чтобы вытащить всех вас… А ты пока позаботься о Морде. Договорились?
Рюкзак неразобранным так и стоял у стены с того самого дня, как они вернулись. Или Ройл уже заранее сложил его, зная, что сегодня уйдет. Он вытащил из бокового кармана браслет, похожий на тот, что Ната носила раньше. Браслет — маячок. Только первый был сделан из драгоценного металла, а этот — совсем простенький. Одел ей на руку.