Напоследок же Ягур подарил мальцу медальон пустынных пожирателей, позволяющий отследить своего владельца на значительном расстоянии — под видом добрых намерений и в качестве извинений за нападение. Медальон был золотым и богато украшенным, с красивым и героическим вензелем пустынного пожирателя, чтобы враги непременно его подобрали в случае чего, так что вполне подходил под эту версию. А там владыка сам решит, когда выследит его — все же договариваться с ним мирно или смести его всадниками на ящерах с лица Великой Пустыни от греха подальше. Сам Ягур был за то, чтобы оставить ему жизнь и еще немного расспросить или… допросить.
Глава 68
Как только я приблизился к цели, то сразу решил отпустить разведчиков, чтобы они не знали в какую сторону я поплыл. Тот же Ягур так расчувствовался, что даже подарил мне какую то расписную и явно дорогую цацку, сняв ее с шеи. Мы горячо попрощались, я пообещал им писать до востребования! Они спросили что такое востребование, но я тоже не знал… Такое со мной бывало, что у меня вырывались выражения и появлялись мысли… которых быть не должно. Но я уже настолько устал от этих загадок, что давным давно просто махнул на них рукой, так что ответил, что это такая новая почтовая служба и все, на что те покивали головами как будто поняли…
А как только разведчики ушли выкинул цацку в ближайшие кусты и двинул дальше. Дорогая, не дорогая — в любом случае делать мне с ней было нечего, а после потери всех своих сокровищ во время блужданий по пустыни, я стал относиться к накоплению богатств философски. В том плане, что нафиг они мне сейчас нужны, когда у меня есть армия способная отнять все что мне надо? А если мне встретится кто то сильнее, то я не торговать буду, а так рвану оттуда — только меня и видели…
Правда… Пока что мне не встречались достаточно богатые поселения или даже люди у которых можно было что то взять… Даже от того, где жили тот мерзкий старикашка и Сакина, мне нужно было только их место и, возможно, знания. А уж тут, вдоль границы, если кто и встречался, то это были настолько забитые, обездоленные и несчастные люди, которые предпочли сбежать к проклятым землям, что брать у них было не просто нечего, а хотелось с ними даже чем то поделиться! Но я держал себя в руках и просто проходил мимо.
Забавно, но из встреченных мне парочки деревень — а люди и правда умудрились поселиться и жить почти рядом с границей — часть народа при моем появлении даже не убегала! Просто у них на лицах появлялось выражение «ну, вот, теперь еще и эта ерунда…», после чего они застывали на месте и смотрели как приближается моя колонна. А потом с немым изумлением взирали на то как она проходит мимо, а потом исчезает в дали! После чего часть из людей начинали спешно собирать вещи, а вот еще часть — причем большая — просто продолжали заниматься своими делами: искать корешки, обновлять ограду, догонять скотину, которая не обладала их стойкостью и делала ноги всегда.
Хотя в целом, а чем их жизнь была хуже, чем в пустыне? Да, грабить тут некого, да и осознание, что рядом бродят живые мертвяки оптимизма не внушает, да еще и грабить некого на многие дни пути. Но земля тут родила явно гораздо лучше чем в пустыне, крупных хищников не было, живые дюны сюда не заглядывали, мертвецы за границу тоже не выходили — их фиг сдвинешь с места… Один раз я даже встретил парня, который помахал мне рукой!.. Он просто брел в противоположном мне направлении, а встретив осмотрел мою колонну с деловым видом, как будто уже привык видеть скелетов и тут его удивила в основном форма, а не содержание, после чего помахал мне рукой и с какой то слегка безумной улыбкой побрел себе дальше.
Пока я ехал, я продолжал вызубривать наизусть доставшуюся мне тетрадку. Она и так дышала на ладан, когда я ее достал, так еще и столкновение с природой за пределами пещеры, почему то сказалось на ней самым печальным образом и, теперь, она буквально на глазах превращалась в «тряпочку». Так что неплохо было бы как то оставить хоть где нибудь содержащиеся в ней знания, поскольку скоро для нее замены я явно не найду. Проблема заключалась лишь в том, что это была именно тетрадка, а не книга, так что и знаний она содержала не так уж и много — не смотря на убористый почерк. Да еще и плесень, рисунки и время немало поработали над содержанием текста и его объемом… Но я не жаловался — даже такое было лучше, чем ничего — да и запоминать меньше…