Я спрыгнул со скалы, подошел к одной из песчаных куч и безэмоционально попинал ее ногой — песок полетел в разные стороны, не оказывая ни малейшего сопротивления:
— Это будет… Не просто. — с кислой миной пробормотал я и повернулся к следующей «проблеме».
Глава 42
— Люди! Теперь это мой оазис. Кто хочет остаться здесь жить под моей властью: помогать мне, выполнять мои приказы — поднимите руки! Остальные будут вынуждены уйти. — озвучил я свои мысли, внимающим мне массам.
Массы, как один, посмотрели в сторону погибшего «добровольца» и опустили руки максимально вниз, стараясь, чтобы ладони не поднимались выше пояса…
— Вообще то это дед виноват! — расстроенно пояснил я, указывая на зловредного старика, — Это он пытался мне подсунуть «взрывающееся» слово! И еще он мог остановить того парня!
— Убирайся обратно, демон! Откуда бы ты не вылез! И забери с собой своих отвратительных тварей! — тут же начал ругаться упомянутый дедок, только более грязными словами, нежели я описал. Но суть я передал верно… И остановился только тогда, когда я приказал скелетам набить его рот песком — после чего у него появились более срочные дела, нежели ругань.
— Не слушайте его — он сумасшедший! — опять попытался я найти себе сторонников и источники информации об окружающем мире. — Я такой же человек как вы! И пришел из империи, которая вовсе не является рассадником демонов!
С некоторой долей колебаний пояснил я, припомнив некоторых из своих знакомых. Они определенно были не демонами. Я был в этом почти уверен…
— Ну… Там, конечно есть Орден, Император и еще несколько человек… Но остальные! И я в их числе. Определенно нормальные люди! Вот — можете посмотреть на их скелеты!
Указал я на «ударный аргумент» и тут же об этом пожалел — если до этой фразы некоторые люди почесывали щеку или приглаживали волосы, то вот после нее все как один опять опустили руки как можно ниже.
— Эм… — почесал я голову, — Давайте продолжим наш разговор когда рассветет. А пока отдыхайте и думайте.
Слегка растерянно закончил я и повернулся в сторону одной из палаток, кажется той из которой выбрался дедок. После того как волнение от захвата деревни улеглось — мне чрезвычайно захотелось спать. Думаю, что и мои пленники не отказались бы от отдыха — пусть комфортные условия я им предоставлять и не собирался, раз они такие!..
Со слипающимися глазами, под тихий плач и завывания людей и совести, я зашел в палатку и… сон слетел с меня. Палатка изнутри казалась больше, чем снаружи — то ли за счет белой ткани, то ли из-за грамотного расположения вещей — и была забита книгами, коврами, оружием, а также несколькими сундуками с драгоценностями, поверх которых лежали несколько артефактов, непонятного назначения… Когда я планировал атаку на это поселение, я думал, что тут живут бедные и честные жители пустыни! Но судя по содержимому палатки, они как минимум не были бедными! Я тут же вышел и подозрительно осмотрелся — ни золотых шахт, ни обработанных полей или рощ в округе не наблюдалось. Лишь все тот же песок перетекал с места на место. Так откуда это все взялось? Выкопали?
Зайдя в еще несколько палаток я убедился, что пусть в них сундуков и не было, но жили в них люди также отнюдь не бедные.
— Так!.. — вернулся я на прежнее «место спикера». — Вы кто, вообще, такие!
Подозрительно и возмущенно вопросил я, тут же притихших от моего гнева людей. И, поскольку первым порывался ответить все еще отплевывающийся старик-лидер, превентивно приказал насовать ему в рот еще парочку горстей песка. Насколько я успел с ним познакомиться это был не тот человек, чтобы пояснить происходящее по-делу, а выслушивать ругань не было никакого настроения.
И на всякий случай еще раз огляделся. Меня окружали — пустыня, одна штука; оазис с плодовыми деревьями в небогатом ассортименте, одна штука; озеро и скала, по одной штуке, а также выглядевшее довольно бедно, с внешней стороны, поселение пустынных жителей, также в ассортименте. Имелись также одетые достойно, но без излишеств жители этой деревни в количестве — минус один от номинала…
— О чем вы говорите… уважаемый демон? — все с тем же странным акцентом, к которому я пока не привык, наконец то отозвалась одна из престарелых женщин поселения.