— И… для чего их обычно покупают? — уточнил я.
— Обычно их и не покупают, господин. Но если в вашем роду кто то умирает и вы хотели бы направить вместе с ним в смертный путь хорошего слугу… Или если у вас имеется еще какая то… надобность, то эти… люди вам подойдут.
— То есть их можно убить? — уточнил я.
— Ну, что вы! — возмутился раб-торговец, — Это же незаконно! Но если вы уговорите их умереть самостоятельно, то вопросов вам задавать не станут…
Пояснил он и я подошел ближе к загону. Моя тень опустилась на девочку-альбиноса и она впервые подняла на меня голову, посмотрев куда то сквозь:
— Господин! Купите Лолу. Лола вам пригодится. — полумертвым, но уверенным шепотом предложила она мне. Единственным намеком на движение среди остальных участников было лишь то, что кто то из них пукнул…
— Все здесь стоят тридцать медных монет. — уточнил для меня «торговец», а я спросил:
— Значит тебя зовут Лола?
— Нет, господин. У Лолы нет имени, имя Лоле даст господин и она его примет с радостью. — заверила она меня со всей серьезностью, — Так меня научил хозяин!
— Но эту девочку я отдам за двадцать пять. — сделал мне приятную скидку раб-торговец.
— Каким ты видишь свое будущее у меня? — слегка подумав и не найдя в черепушке ни одной мысли, задал я самый тупорылый вопрос, который слышал в обоих мирах при приеме на работу.
— Лола будет врать, выкручиваться и обманывать. Лола пойдет на любую подлость и низость, чтобы выжить, господин! Лола даже постарается охмурить господина, выйти за него замуж и добиться ее освобождения как жены. — с твердой решимостью заверила меня девочка, явно начавшая бредить… — Также Лола считает господина самым красивым мужчиной на свете. Особенно Лоле нравится мертвецкий цвет кожи господина и его безумный взгляд.
Сказала девочка, а я чуть не прослезился… И ее жизненные ценности и ее прозорливость меня растрогали до глубины души… Неужели я встретил родственную душу?.. Искал медь, а нашел золото?
Тем временем сбоку раздался шлепок и повернувшись я увидел «торговца» ударившего себя ладонью по лицу, а теперь опускавшего ее к подбородку:
— Даже лупить бесполезно… — пробормотал он и добавил с надеждой, — Но поскольку господин очень хороший клиент, то я снижу цену до двадца… до восемнадцати медных монет.
Кажется этот человек совершенно не умел торговаться… По крайней мере он повышал цену не в ту сторону. Интересно, если еще немного с ним поговорить, то смогу я добиться такого, что это мне заплатят за покупку этой девочки?..
— А как ты оказалась в рабстве? — повернулся я обратно к своему предполагаемому сопартийцу.
— Родители продали меня хозяину, поскольку подумали, что я проклята! Так сказал хозяин. — пояснила мне девчонка, — Хозяин учил меня и планировал продать как редкость, но остальные покупатели тоже думали как мои родители. Они говорили, что не хотят от меня заразиться. И со временем, я оказалась здесь.
Ко всем ответам девочка подходила с крайней серьезностью и ответственностью в мертвых и тусклых рубиновых глазах.
— Двенадцать монет. — послышалось сбоку от меня, вместе с тяжелым вздохом, — И она наверняка не проклята. По крайней мере не тем, чем о ней думают… Никто в загоне этим не заразился — за все то время, что она здесь и ничего особенного не произошло.
Последнее предложение было еле слышным, но я все равно его расслышал.
— Потыкаешь ее пальцем при мне? — поинтересовался я не без некоторого энтузиазма.
— Восемь монет. — хмуро ответил раб-торговец.
Глава 25
— Лола стоит меньше, чем ее новое платье. — с безэмоциональностью отметила моя покупка. В конце концов мы сторговались на пяти монетах, причем, кажется, раб-торговец счастливо ухмылялся, когда я уходил… После чего я прошелся по базару и купил ей новое поношенное платье, вместо ее старого, которое отправилось в мусорку.
Забавно, но сразу после того как я закинул ее тряпье в бак, оттуда выпрыгнула грязная крыса и утопала вперевалку по своим делам с крайне брезгливым выражением на морде… Кажется мы обидели ее до глубины души.
— Придем домой еще и помоем тебя. — заверил я ее.
— Лола мылась только в прошлом месяце. — откликнулась она, стуча при ходьбе мослами.
— Ну, да… Часто мыться тоже нельзя — волосы будут сальными. — согласился я. — А Лола — это твое имя или нет?..
Поинтересовался я, поскольку ее предыдущий ответ на этот вопрос оказался довольно смутным.