Когда вся сумма займа с процентами была выплачена, договор, подтверждающий право владения был возвращен хозяину, но по какой-то покрытой мраком неизвестности причине не был доставлен в сокровищницу родового замка, а остался в Двикере. В секретном тайнике, расположенном в подвале одного из домов семьи Косарских. А тут разразилась война. Нападения эльфов были стремительными и непредсказуемыми, люди бежали из захваченных пограничных городов, бросая все нажитое имущество, и лишь немногим удавалось сохранить свою жизнь. Проживавшие в Двикере родственники герцога погибли, но одному из слуг удалось спастись. Он-то и рассказал лорду, что при эвакуации до тайника не дошли руки, поэтому договор о продаже вместе с остальными ценностями остался там.
Казалось бы, и хрен с ним! Что с того рудника взять? Тем более маги разрушили его так, что на восстановление уйдет денег больше, нежели способна принести продажа добытого серебра. Но тут начинается вторая часть истории. По окончании войны остатки практически уничтоженного рода Кресонских путем хитрого династического брака влились в семью маркиза Виленского, увеличив его и без того не крохотные владения. Справиться с послевоенной разрухой Виленским удалось играючи, в отличие их заклятых врагов Косарских. И хотя разница в титулах давала последним больше привилегий, вскоре два рода сравнялись по влиянию и могуществу и до сих пор шли ноздря в ноздрю, ведя друг с другом холодную войну, постоянно устраивая мелкие пакости и не упуская удобного случая плюнуть соседям в борщ.
И тут, внимание... Тада-ам! Шпионы доносят Виленскому, что у герцога Косарского нет на руках документа, подтверждающего право собственности на тот самый рудник, а у маркиза имеется заверенная императором дарственная на земли, доставшиеся его бабушке в качестве приданного, где вышеупомянутый рудник фигурирует. И вот в столицу летит жалоба на незаконный захват территорий, положительное решение по которой может принести Косарским сотни тысяч золотых убытка. Рудник-то разрабатывался - это неоспоримый факт, а единовременная выплата двухсотлетней арендой платы за месторождение ценного металла может разорить семью Эльвины, на что маркиз Виленский очень рассчитывает.
К счастью, у императора дел по горло, и все тяжбы аристократии после предварительного рассмотрения верховными дознавателями ставятся в длинную очередь. И жалоба маркиза, несмотря на его ухищрения, этой участи не избежала, так что род Косарских получил отсрочку. У Эльвины осталось всего два месяца на то, чтобы добыть документ. Если же у нее ничего не получится, Косарские лишатся всех титулов, привилегий и пойдут по миру с протянутой рукой.
- А почему никто раньше не опомнился? - спросил я, когда леди замолчала.
- Почему-почему... У моей семьи столько земель во владении, что это белое пятно на юридической карте было обнаружено лишь после того, как маркиз отправил жалобу. Причем хорошо еще, что знакомый дознаватель разрешил отцу заранее ознакомиться с ее текстом, иначе через пару месяцев ему просто вручили бы вызов на суд Его Величества. Тогда у нас не было бы шансов.
- Что ж, причины конфликта ясны, теперь о вероятных проблемах. Насколько велик авторитет Виленского в Ирхоне?
- Напрямую первым лицам города он приказывать не сможет, но связи имеет обширные, ведь деньги на Пограничье решают почти все.
Ясненько. Городской стражи можно не опасаться, зато отряды наемников наверняка будут поджидать нас на каждом шагу... Эх, не понимаю я этих Косарских! Вот что им стоило заткнуть течь и сохранить втайне местоположение злосчастного документа? И вообще, почему бы не оставить маркиза в неведении касательно встречных шагов ответчика? Эти вопросы я незамедлительно переадресовал Эльвине, которая недовольно ответила:
- Не считай себя умнее всех, Везунчик! Маркиз понял, что мы знаем о жалобе, еще в тот момент, когда ему не удалось протолкнуть ее на внеочередное рассмотрение. А поиск договора - единственно возможный шаг для защиты. Утечку же мы давно ликвидировали, и сейчас Виленский не знает точно, где находится договор, но постарается сделать все возможное, чтобы он не попал к нам в руки.
- В таком случае объясни, зачем тебе потребовалось брать с собой этого Жака, устраивать глупый кастинг среди местных искателей и привлекать всеобщее внимание моими поисками? Почему бы тихо не появиться на Пограничье, быстро нанять любую опытную команду или даже две, благо денег куры не клюют, и в тот же день отправиться за документом?
Эльвина ухмыльнулась:
- Потому что изначально так и было задумано. Из замка в одно время со мной выехали двое моих старших братьев. Один в режиме максимальной скрытности отправился на север, где проживают наши давние торговые партнеры, а другой с надежной охраной двинулся в центр Империи по тракту, ведущему в город Зарет, в котором вот уже полсотни лет сосредоточены наши главные активы. Кроме того отец в столице развел бурную деятельность, поднимая старые связи. Как думаешь, за кем из нас будут следить наиболее тщательно?
- За всеми, - буркнул я, понимая, что в опыте интриг мне с Эльвиной не тягаться. - Тогда получается, уничтожение команды ходоков, о которых ты упоминала, - не происки маркиза, а ваших рук дело? Вроде отвлекающего маневра?
- Нет, конечно! - непритворно возмутилась леди. - Их гибель действительно была случайной. Команда в тот момент находилась на Проклятых землях, зачищая их от неизвестных существ, нападающих на пограничные города. Отец отправил им приказ срочно возвращаться на базу, однако, по словам выживших очевидцев, вскоре после его получения отряд атаковала большая стая тварей, от которой нашим людям не удалось отбиться.
Я задумался. Если маркизу действительно придется распылять внимание на всех членов семейства Косарских, у нас появляются шансы на успех. А учитывая, что поход неподготовленной девушки на Проклятые земли со стороны кажется откровенной дуростью (а на деле ею и является), можно надеяться на то, что Виленский сочтет его коварным отвлекающим маневром и не станет тратить на нас много сил и средств. Ладно, поживем - увидим, выживем - узнаем!
Глава 19. Туда...
Закончив с допросом, я повел команду к восточным воротам. Ради большей безопасности следовало бы покинуть Ирхон с противоположной стороны, однако моя паранойя согласилась, что даже час с таким трудом выгаданной форы терять глупо. Стараясь держаться вдали от центральных улиц, пробираясь через дворы и замусоренные проулки, мы быстро достигли городской стены. У самого поста стражников Эльвина принялась недоуменно оглядываться по сторонам, после чего спросила у меня:
- А где Виката?
- Она осталась в Ирхоне обеспечивать нам прикрытие, - пояснил я.
- Жаль, - тихо протянула аристократка.
Странно. Лично я был уверен, что за устроенную в номере сцену Эльвина люто возненавидит мою супругу. Вот и пойми после этого женщин!
Перекинувшись парой слов с нарядом стражи, в котором я не углядел знакомых физиономий, мы дождались, пока вояки откроют ворота, и отправились в жаркий и душный ад. Отойдя от городской стены на пару километров, я приказал остановиться и за десяток минут смастерил для Мурки защитный комбинезон из пары запасных рубашек. Черная шерстка большой кошки притягивала солнечные лучи как магнит, а так марилане будет легче переносить жару. Попросив подругу не закрывать ощущения, чтобы вовремя заметить, когда ей станет совсем невмоготу, я отдал команду продолжать движение.