— Ха! Узко мыслишь, дружище! Предателю будет доверять тот, кто сам готов стать предателем, — сказал Вася.
— О, как! — саркастично отреагировал я.
— Ага, Вань, именно так, — произнёс Вася.
— То есть среди «угловых» есть тот, кто хочет к нам присоединиться? — спросил я.
— Именно так, Вань, — подтвердил Вася.
— А все эти разговоры, что этого рыцаря трудно найти, — продолжил я свои рассуждения.
— Меченосца, Вань! — прервал меня Вася.
— Ладно, его самого! Короче, все эти разговоры про то, что этого хрена трудно найти наводят меня на мысль, что о его местонахождении могут знать только особо избранные, приближённые соратники, так сказать, — предположил я.
— Ну, дык я согласен с тобой, — сказал Вася.
— То есть, ты вышел на одного из соратников этого неуловимого хрена? — спросил я.
— Ну, не на одного из них, а на единственного…Меченосец ведь очень осторожен, и довериться может даже не узкому кругу людей, а лишь одному человеку, — сказал Вася.
— И через кого ты вышел на него? — продолжал я докапываться.
— Секрет фирмы, братишка. Меньше знаешь, крепче спишь, — сказал Вася, улыбнувшись.
— Так, Вась, мы главари банды на равных правах, так что будь добр…, — начал я требовать полного изложения информации.
— Вань, хорош! Я уже с этим человеком договорился о встрече на сегодня! Сейчас просто нет времени расписывать всё в подробностях! Поэтому поехали! — жёстко прервал меня Вася.
— Куда? — спросил я.
— На встречу с «информатором»! — ответил Вася, вытаращив на меня глаза.
Глава 31
— И куда едем, напарник? — саркастично спросил я у Васи и завёл мотор.
— К нашему кафе «Чак-чак», — ответил Вася.
— Что?! Ты договорился встретиться, не пойми с кем, возле нашей боевой точки? У нас там не так много ребят сейчас! — возмутился я, выезжая из двора Юлиного дома.
— Ой, как будто никто не знает про то, что «Чак-чаком» теперь владеем мы! — небрежно отмахнулся от меня Вася.
— Вася, «Чак-чак» это не просто кафе! Это наша стратегически важная боевая точка! Это высота, которую мы взяли! — стал я объяснять.
— О, да! Прямо высота, Вань! Это у тебя в Афгане были высоты, захваченные территории, стратегически важные объекты, а тут всё по-другому! — возразил Вася.
— Вась, что ты можешь знать об Афгане, кроме того, что галдят по новостям? Здесь та же война! А значит, тоже побеждает сильнейший! Только, плюс к этому, у нас в Афгане ещё и идея была, что должен победить правый, потому что наше дело – правое! Потому что у нас принципы равенства! — понесло меня.
— Ага, пролетарии всех стран соединяйтесь, вся власть советам, и так далее, конечно, — театрально закатив глаза, сказал Вася.
— Вот именно! И здесь будет так же! Все эти понятия, унижающие других людей, должны быть истреблены! Все равны! Мы с тобой можем всё изменить на улицах к лучшему! — сказал я гордо.
— Ага, конечно! Только вот, один момент, Вань, мне нравится других унижать! Особенно тех, кто привык быть большим авторитетом! — сказал Вася.
— Знаешь, Кастет тоже привык других унижать! У чушпанов деньги отбирать ещё по школе, но я даже в Афгане не видел таких преданных друзей, — сказал я.
— Преданных своему страху, – сказал Вася, улыбнувшись.
— В смысле? — не понял я.
— В смысле, что он нас боится, дурень! Нашей силы! Всё! При ином раскладе мы бы с тобой остались валяться жмуриками на той заброшенной стройке! Ты вот сказал, что побеждает сильнейший, Вань. В Афгане может быть так и было, но здесь побеждает хитрейший. Мы с тобой обхитрили эту их уличную дворовую систему при помощи наших сверхспособностей. Разве не так? — спросил Вася.
Мне не нравилась философия моего друга, но мне нечего было возразить. Он был прав на сто процентов.
— Подъезжаем, Вась, паркуйся, — будто бы скомандовал мне Вася.
Я заехал на открытую асфальтированную площадку около нашего кафе, которая использовалась вместо парковки. Возле кафе дежурил Кастет с парой, тройкой пацанов. Незнакомых лиц возле «Чак-чака» не было.
— Ну, где этот информатор? Опаздывает? — спросил я у Васи.
— Ага, будет он сейчас появляться среди наших быков. Для него это рискованно, — ответил Вася.
— Так я тебе и говорил, что это не лучшее место для встречи. Может, он увидел Кастета с пацанами издалека, очканул и смылся! Подумал, что ты его подставляешь! — предположил я.