Красное чудовище прикоснулось правой рукой к моему пожилому другу, и через мгновение добрый старик из моих видений вытянулся, словно резиновый в сторону чайника, который лежал на земле. Чайник будто втянул в себя «резину» полностью, и «красный» двойник доброго старика поднял с земли его и закрыл какой-то железной крышкой, которая у него вдруг появилась откуда-то.
— Как джинн в лампе, правда?! Ха-ха-ха! — засмеялся он.
Я заметил глаза этого страшного урода, они тоже были красными, и зрачки, и веки - разного оттенка, но одного цвета. Я испугался.
(Конец моего сна)
— Вань! Вань! — меня тряс Саня Кастет, пытаясь разбудить.
— А, что? — пробубнил я, открывая глаза.
Глава 49
Мы с Кастетом вышли из подвала и поднялись в само кафе. Там никого не было. Видать, все дрыхли дома.
— Так, Сань, у меня к тебе дело, как я и говорил, — сказал я.
— Ну, я понял, Вань, что нужно сделать? Припугнуть кого? У твоей Юли есть какой-то секретный малый? Его надо…? — подмигнув, спросил Кастет.
— Нет, помолчи ты уже. Мне нужна помощь в уборке кухни, — сказал я.
— Вань, всё что угодно, только не это. Не пацанское это дело – полы драить, — замялся Саня.
— Да не прошу я тебя убирать. Ты это…врежь мне, — сказал я.
— Чего? Вань, ты завязывай с тем, чтобы на лавочке внизу спать, а то у тебя там ближе к мозгу замкнуло что-то видать, — съязвил Кастет.
— Да, блин, ты помнишь, как мы познакомились? Ты тогда меня отметелил по первое число, — напомнил я.
— Да уж, забудешь тут, — сказал Кастет, почесав свой затылок.
— Вот, теперь нужно снова меня, это самое…отметелить, — сказал я.
— Вань, ну, может не надо? — снова замялся Кастет.
— Надо, Федя, надо, — процитировал я фразу из известного советского фильма.
— Всем доброе утро! — поприветствовала нас вошедшая в кафе Юля.
— Доброе утро, Юль! Пойди-ка сюда, — позвал я её.
— Ну, подошла, — улыбаясь, сказала она.
— Смотри, Юль, что ты видишь? — спросил я, указав своей рукой на кухню.
— Ну, я вижу кухню, — прямо ответила Юля, не понимая, что я имел в виду.
— Поправка: ты видишь неубранную кухню, — сказал я.
— Да, Вань, и мне помнится, что ты вчера говорил на счёт этого, — слегка нахмурив брови, сказала Юля.
— Да, Юлечка, я помню, поэтому ты присядь в зале и жди фокуса, — сказал я.
— Какого фокуса? — не поняла она.
— Юль, сейчас всё будет, ты присядь, — повторил я.
Юля села за столик, ближе остальных расположенный к помещению кухни, видимо, собираясь внимательно наблюдать за тем, что будет происходить, и может быть, стремясь заметить в моих действиях какой-то подвох или заранее раскрыть секрет фокуса, как некоторые.
— Так, Сань, а мы спустимся в подвал с тобой пока что, — сказал я, активно подмигивая Кастету.
Мы спустились в подвал, и Кастет сильно занервничал. Это было видно по его дрожащим рукам.
— Да не бойся ты, Саня, это мне должно быть страшно, а не тебе. Мой котелок будет страдать. Так что давай, бей, — сказал я.
— Вань, ну давай без этого как-нибудь, — замялся Кастет.
— Так, доставай из кармана то, в честь чего тебе пацаны дали прозвище, и бей, пока Юля не поняла, — надавил я на него.
— Ну, ладно, — сказал Кастет, вдохнув подвального воздуха и достав из кармана спортивок своё фирменное оружие.
Я раскинул руки в разные стороны, демонстрируя свою готовность к предстоящему удару. Саня размахнулся так, будто собрался бросать ядро. Мне прилетел не самый сильный удар от Сани кастетом в челюсть. Он мне её даже не сломал, но было больно. Я немного отлетел назад и ударился затылком о стену.
— Что у вас там происходит, Вань?! — закричала Юля, видно, услышав шум.
— Ничего, Юль, ничего, у нас лёгкая перестановка! — ответил я ей поплывшим голосом.
— Ты уверен?! У тебя голос какой-то странный! — крикнула она снова.
— Нормально, Юль, не переживай! — ответил я.
Я сердито посмотрел на Кастета. Он в ответ только и смог, что широко развести руки и пожать плечами. Я решил попристальней приглядеться к вещам, находящимся в подвале, чтобы найти, что-то подходящее для «вызова» моих способностей. Мой взгляд остановился на той самой лавочке, на которой я спал.
— Сань, бери лавочку и долбани меня ею по башке, — сказал я.
— Вань, это уже перебор, — возразил Кастет.
— Сань, давай я специально на пол лягу, чтобы тебе было удобнее бить, — сказал я, укладываясь прямо на кафель.
— Ну, блин…, — опять замялся Саня.
— Давай уже, — поторопил я его.
Кастет приподнял лавочку и примостил ее сверху моего черепа. Это было очень больно.