За ним выходит Майлз, и я замираю. Он вскользь смотрит на меня, и на секунду наши глаза встречаются. Я не могу разобрать выражение его лица. Да мне это и не нужно. Наверняка он сейчас рассказывает Джессу про наш разговор. Я отворачиваюсь, чтобы этого не видеть. Дело в том, что мне нравится работать с Джессом. Если он узнает о случившемся, то перестанет принимать меня всерьез.
Давай, Симона, напряги мозги. Я могла бы сказать Майлзу, что у меня случилась небольшая аллергическая реакция на орешки из автомата. Или можно все свалить на месячные, но это типа против правил феминизма. Кажется.
— Эй, Симона.
Я напрягаюсь и слегка поворачиваю голову. Слава богу, это всего лишь Джесс. Один. Майлза нигде не видно.
— Здесь я, — брякаю я и выдыхаю. Я рада, что это он, потому что думать о постановке — это как раз то, чем я и должна заниматься. — Не знаю, слышал ты или нет, но мы сейчас весь первый акт будем прогонять. Если у тебя сценарий с собой, советую взять карандаш и делать пометки.
Он кивает, но задерживает взгляд на моем лице.
— Что? — Я скрещиваю руки на груди.
— Ничего, — говорит он с легкой улыбкой на губах. — Просто у тебя вид какой-то напряженный.
Черт. Майлз ему рассказал. Я мешкаю секунду, потом дико машу руками в сторону сцены. Народ все еще слоняется без дела, несмотря на то что я только что объявила начало прогона. Я предпочитаю не повышать голос, но сейчас смотрю на них и понимаю, почему мисс Клейн все время кричит.
— Понятно. — Он смотрит на мои руки. — Уверена, что больше ничего? Может, напряги с парнем?
Мои щеки снова краснеют. Джесс хороший и все такое, но мы с ним обычно не разговариваем ни о чем, кроме постановки. И, по-моему, сейчас не самое подходящее время вдруг заводить дружбу.
— Блин, — вздыхаю я и запускаю руку в волосы. — Он тебе рассказал? Уже? Слушай, все не так плохо, как кажется…
— О чем? — Джесс мотает головой. — Майлз только сказал, что у тебя трудный день. А у тебя тот еще видок — явно напряги с парнем. Я-то знаю, я у себя в зеркале такой же постоянно вижу.
— Ой… — Майлз ему не рассказал. Я невольно улыбаюсь. — Парни — отстой, скажи?
— Всяко, — подтверждает Джесс. — Но они нам все равно почему-то нравятся. Такова жизнь.
Может быть, я ошибаюсь, но, кажется, его взгляд задерживается на Рокко немного дольше, чем нужно. Рокко — неплохой парень. Вот только… по-моему, они друг другу не подходят. Хотя кто знает, вот я Майлзу тоже не подхожу. Он популярный, и язык у него хорошо подвешен, а я сильна только идиотскими поступками. Приятно знать, что я не единственная, кто ничего не понимает во всех этих любовных делах.
— Таким темпом мы закончим, когда нам стукнет лет по восемьдесят, — говорит Джесс, переводя взгляд на сцену. — С каждым годом только хуже. Когда я начинал в девятом классе, все делалось как надо и было готово раньше срока.
Бо́льшая часть декораций выкрашена в темно-серый цвет, и только по краям — яркие граффити. Работы тут еще много, но все не так ужасно.
— Ой, да ладно. — Я пихаю Джесса в плечо, и он изгибает бровь. — Не так уж и плохо, че ты. Все успеете.
— Будем надеяться. — Он складывает руки на груди. — Иначе мы попали.
— Я смотрю, ты, как всегда, на позитиве, — качаю я головой, засовывая руки в карманы. — Слушай, давай как-нибудь встретимся и поболтаем. Может, за обедом? Мы с тобой единственные ученики на типа руководящих постах.
— Давай. Вместе разберем твои заметки, — соглашается он с легкой улыбкой. — Только, наверное, одного перерыва нам на все не хватит.
— Я не специально! — говорю я. Боже, надеюсь, щеки у меня не красные. — Палумбо сказал делать, как я считаю нужным, так что я записываю все мысли, а потом разгребаю тонны заметок. Конечно, я не ожидаю, что Палумбо будет со всем соглашаться. На самом деле я все жду, что в один прекрасный день он попросит меня заткнуться.
— Симона, да все нормально, — смеется Джесс, держа руками наушники. — Я просто прикалываюсь.
Может быть, но, как по мне, это не очень похоже на шутку. Джесс явно не единственный, кто заметил, что я в режиссуре новичок.
— Эй, ребята!
Мы поворачиваемся на голос. Я почти отпрыгиваю назад, когда вижу у двери Майлза. И вся напрягаюсь.
— Чего? — спрашивает Джесс. Я не могу разлепить губы.
— Симону вызывают к директору. — Он бросает на меня незаметный взгляд. — Сказали, чтобы явилась сейчас же. Видимо, что-то серьезное.
Джесс поворачивается ко мне и выжидающе смотрит. Я пожимаю плечами. У директрисы я была всего раз, и то еще до того, как сюда перевелась. Она достаточно приятная. Не представляю, зачем она меня вызывает.