После полуночи девушка, пожелав спокойной ночи Флер, отправилась в ту гостевую спальню, которую хозяйка любезно ей предоставила. Спать, естественно, Вика не собиралась. Флер, как она подозревала, тоже. Но ей было необходимо остаться одной. В темноте комнаты, стоя у залитого не прекращающимся дождем окна, она слушала грохочущее где-то внизу море. Утомленная ожиданием, Вика прилегла на кровать.
Минуты шли за минутами.
Наверное, она все-таки задремала, потому что не услышала ни отдаленного звука открывшейся входной двери, ни тихих голосов. Но мгновенно открыла глаза лишь когда в комнату проникли осторожные шаги.
— Ты не спишь? — шепнул Сириус, подходя к ней.
Вика села на постели и покачала головой. Она даже не стала спрашивать про их с Биллом вылазку в Хогсмид, и без слов было ясно, что ни к каким результатам не привела.
— Не надо было мне отпускать Гарри, — прошептала она, прислонившись плечом к севшему около нее Сириусу. — Я должна была задержать всех троих хотя бы до твоего возвращения.
— Не думаю, что ты бы задержала Гарри, — через полминуты сказал он, незаметно вздохнув. Но так как Вика сидела к нему вплотную, этот вздох уловила отчетливо. Сириус как будто сожалел, что она и правда не остановила Гарри. — Он весьма упрям. У него гены Лили и Джеймса, а это что-нибудь да значит. И потом, мысль о том, что он может скоро заполучить одну из Волдемортовских штуковин, возможно, подстегивает его.
При имени Волдеморта Вика внезапно вспомнила слова Снейпа об ушах в стенах, и ей стало тревожно. Снейп ведь не стал бы просто так говорить об этом, едва ли не напугав ее тем вечером?
Она поднялась, Сириус недовольно потянулся за ней.
— Снимай, — сказала Вика, дернув рукав его мантии, она была мокрая, как и его волосы, с которых капала вода, образовав на Викином плече небольшой ручеек.
Мужчина с готовностью, словно только и ждал ее слов, стянул мантию и кинул на кресло, на котором еще висела ее собственная сохнущая одежда. Снял и свитер, оставшись в черной рубашке. Достав палочку, очистил пол от грязных следов и с помощью Согревающих чар повысил в комнате температуру.
— Хочешь есть? — спросила Вика, блаженствуя в наступившем почти тропическом тепле. — Я могу пойти на кухню и, если Флер еще не спит…
— Не надо. Я не очень голоден. Лучше иди ко мне. Знаешь, обо мне никто, в общем — то, не заботился, — сказал он, когда она устроилась рядом с ним, а он обнял ее.
— Почему? — удивилась она.
— Да, собственно, некому было. Разве что Лили, да и то, после того, как они с Джеймсом поженились, а я приходил к ним в гости.
— Невероятно…
Вика понимала, что он вспоминает о Джеймсе и Лили совсем не специально, чтобы поговорить, скорее — по инерции, возможно, даже преодолевая некий психологический барьер, появившийся шестнадцать лет назад. И она не пресекала эти разговоры о незнакомых, в общем — то, для нее людях.
— Сириус, давно хотела спросить, а почему у Гарри ты один? В смысле, если есть крестный, должна быть и крестная. Где она?
— Крестной нет, — пожал он плечами. — Не было подходящей кандидатуры. Всех знакомых особ женского пола Лили безжалостно забраковывала. А Кэти ей не нравилась, — хмыкнул он, видя, что Вика собирается еще что-то спросить.
Она закрыла рот, думая, что солидарна с Лили.
— И что, совсем — совсем не было никого на эту роль? кто-нибудь из родственников? Мне просто интересно, — заметив его удивленный взгляд, хмыкнула Вика.