— Я такой идиот! — прошептал Сириус, когда она внезапно обняла его, уткнувшись носом прямо в распахнутый ворот его рубашки.
— Как ты все это перенес, Сириус? — невнятно спросила она, не отрывая лица от него.
Неожиданно откуда-то из ее подсознания выплыло воспоминание четырехлетней давности. Это было где-то летом, когда по телевидению сообщили о каком-то преступнике, сбежавшем из иностранной тюрьмы. Вика сама телевизор редко смотрела, в особенности криминальные новости, поэтому ее мама, когда девушка забежала к родителям повидаться, сочла своим долгом предупредить дочь о возможной таящейся опасности на улицах города. Вика еще отмахнулась от ее слов. «Осторожнее будь по ночам, Вика, маньяк бродит на свободе и неизвестно, где сейчас он находится. У него еще имя такое, необычное, даром что иностранец, — беспокойно сказала мама. — Как таких земля держит?..» «Ой, мам, на меня даже этот маньяк не позарится, — фыркнула Вика, она уже пожалела, что пришла, потому как запросто общаться с матерью было нелегко. — И вообще, по ночам я не хожу по улицам. Ты это лучше Светке скажи, а то наткнется невзначай…» «А сейчас что, не ночь? — завела мама. — Зачем ты вообще ушла от нас?..»
Неужели речь тогда шла о Сириусе?
Нечаянное воспоминание заставило Вику ощутить дрожь и прижаться сильнее к мужчине. Что бы сказала мама, если бы узнала о ее близких отношениях с тем «маньяком»?
О господи, о чем это она?!.
— Понятия не имею… — ответил Сириус. — Тогда меня поддерживала единственная мысль о мести.
— Я бы, наверное, с ума сошла… без всяких мыслей…
— В Азкабане большинство вскоре сходят с ума… Дементоры выкачивают последние крохи самообладания и осмысления, взамен преподнося самые плохие воспоминания…
— Сириус! — шепотом воскликнула Вика, вскинув голову. — Прости, что вынудила тебя снова вспомнить об этом!.. Эти ужасные существа… Все, что с тобой было…
— Не думай об этом, не думай. Как и я не думаю…
Она притихла, обвив руками Сириуса. Как жестоко ошибалась она, примеряя к несомненно неординарному образу этого человека едва ли не идеальные черты, которые хотелось бы видеть всякой нормальной девушке в мужчине. Конечно, у каждого найдется парочка каких-нибудь тараканов в голове и тайн в кармане, тщательно спрятанных от окружающих. Но у Сириуса… У Сириуса обнаружились целые демоны. Демоны его души. И он боялся показать их ей, открыться, страшась того, что Вика оттолкнет его, тоже испугается его личных демонов. А она ни за что на свете не отпустит его. Он нужен ей как воздух со всеми его страхами и слабостями…
— Ты замечательный… — прошептала девушка еле уловимо.
Но Сириус услышал. Он прижался губами к ее виску.
— Спасибо тебе за то, что ты есть… Хотя это скорее заслуга твоих родителей.
Он пытался подбодрить ее, а заодно и себя. Вика улыбнулась.
— Да уж… Это никак нельзя отрицать.
Внезапно она зевнула. Сириус хмыкнул, беря ее за руку.
— Пойдем спать… Если, конечно, хочешь, чтобы я остался…
— А что, есть другой вариант?..
…Она беззаботно смеется, когда возносится все выше: она качается на качелях и оттого кажется, что летает. Вика крепко держится за поручни, ей ни за что не упасть.
Вверх — вниз, вверх — вниз. Голова кругом. В лицо летят снежинки. Солнца не было, но стоял хороший безветренный зимний день. Весь мир для Виктории был распахнут, как объятия матери. Он был счастлив, как и она сама, и был… большим, ведь она же еще совсем маленькая.
Девочка восторженно взвизгнула, оказавшись еще выше.
— Крепче держись! — рассмеялась стоящая рядом красивая девушка. — А то в сугроб улетишь!
Накатавшись вволю, Вика хотела слезть с сидения, но не сумела сама, и тогда девушка подхватила ее и закружилась. Вика обвила девушку руками в теплых варежках за шею и звонко рассмеялась. Та, прижавшись к ее блестящим волосам, выглядывающим из-под шапки, прошептала:
— Я так хочу, чтобы ты была такой же, как я, Дейзи…
В следующий миг не стало ни качели, ни девушки. Вика очутилась где-то в темноте такая же маленькая, но уже одна. Внезапно вспыхнувший слепящий свет, заставил ее сжаться от надвигающегося страха. Она захныкала, не понимая, где находится. Яркий свет столкнулся с ней, он оказался тяжелым, твердым и сбивал с ног. Девочка заплакала, обнаружив, что свет обернулся водой, а она барахтается в ней. Забила руками, чувствуя, что ее утягивает вниз. Вода прибывала, окружала со всех сторон, заливалась в рот, раскрытый в беспомощном крике. Вика захлебывалась…
— …Виктория!
Она отчаянно стремилась высунуть голову из удушающей тьмы.