— Сириус, ты же сам говорил, что мне можно его не опасаться. Так или нет?
— Так, — нехотя согласился он. — Но я не имел в виду, что ты можешь болтать с ним о чем угодно!
— Я и не болтала! К твоему сведению, я не по своей воле отправлялась в подземелье, чтобы мило поговорить со слизеринцами и их деканом!
В порыве чувств я вскочила на ноги. Не люблю выставлять напоказ свои эмоции, но тут во мне словно включилась какая-то кнопка, снявшая все барьеры. Если мы с Сириусом продолжим в том же духе, то поссоримся.
— А кто тебя туда отправил?
— Это… не важно. Главное, Снейп здесь ни при чем.
— Ты что, его защищаешь? — недоверчиво и в то же время с интересом спросил Сириус. — Похоже, это у вас в крови.
Я, открывшая уже рот для дальнейших протестов, замерла на полувздохе. Теперь уже я ничего не понимала.
— У нас? У кого это — у нас?
— Ведьм из семьи Эвансов, — вставая, сказал он.
Я вновь заткнулась, потрясенно хлопая глазами. Мне не нравятся такие шутки.
— Подожди, ничего не говори.
Как будто я могла что-то сказать. Мне от возмущения не хватало воздуха.
— Виктория, как только ты рассказала про девушку из твоего сна, которую ты узнала на колдографиях Гарри, я сразу понял…
— Что? Что ты понял? — мой голос наконец прорезался, и я заняла оборонительную позицию. — Что я — Эванс? Это смешно!
— Ведь та девушка — Лили?
Сириус приблизился ко мне, вглядываясь сверху вниз в мое лицо.
— Да… — выдавила я. — Но это ничего не значит.
— А какое другое может быть здесь объяснение, Виктория? — очень осторожно спросил он. — Вы с Лили похожи, и твой сон, и колдография — все это части одного целого.
Все это, конечно, звучало убедительно и довольно логично, по крайней мере для самого Сириуса, но его словам я не верила. Слишком нереально.
Постояв немного, слушая его, я развернулась и направилась к выходу. Я, может быть, и терпелива, и когда надо бываю белой и пушистой, но всему в конце концов есть свой предел.
— Ты куда? — окликнул меня Сириус, когда я пересекла номер и дернула на себя дверь.
Она была заперта. Ну да, Сириус запечатал ее.
— Открой мне дверь, пожалуйста.
— Куда ты собралась, Виктория? — повторил он совсем близко.
Я обернулась.
— Ты хочешь представить меня совершенно другим человеком, а я в такие игры не играю. Не пытайся убедить меня в том, чего нет. Я оставлю тебя одного, чтобы ты это понял, поэтому открой дверь.
— Ты думаешь, я тебе позволю уйти, сейчас? Совсем одной? — осведомился Сириус, намеревался спокойно, но ему не удалось сдержать беспокойство.
— А что? Я уже совершеннолетняя, имею право идти одна куда пожелаю!
Все потрясения этой ночи сплелись в один клубок, и я боялась банально сорваться. Господи, какой же я становлюсь истеричкой… Если Сириус ответит на мою провокацию, и это перерастет в ссору, не знаю, что я сделаю!
Я отвернулась, продолжая держаться за дверную ручку. Горло сдавило от с трудом сдерживаемых слез. Меня прямо — таки пронзило напряжением, когда Сириус обнял меня и повернул к себе лицом.
— Мерлин мой, Виктория, я тебя не держу силой, но сейчас не отпущу никуда! — прошептал он в мои волосы. — Мне не важно, кем ты родилась, мне важно, кто ты сейчас.
Первые слова снова заставили меня напрячься. Я подалась из его объятий. Он прижал меня к себе крепче.
— Не важно, говоришь? — пробормотала я. — Но почему-то настаиваешь на невозможном…
— Это не невозможное. Это допустимое.
— Нет! — громким шепотом сказала я, подняв голову.
Почему я так упорствовала? Ведь могла бы просто не поддаваться на эти убеждения, игнорировать их.
Но в следующий момент все это вылетело у меня из головы, протест потонул в поцелуе, которым Сириус накрыл мои губы. Не отрываясь от них, он повлек меня вглубь номера. Ноги наткнулись на препятствие, колени подогнулись, и я опустилась на кровать.
— Сириус… — пробормотала я, кое-как собрав мысли в кучу.
Черт, мне не хотелось отвлекаться от этого преувлекательного занятия, но…
— Сириус… — повторила я, потому что он, найдя мою шею не менее соблазнительной, скользил по ней губами.
— Что? — Он поднял голову и с тревогой посмотрел мне в глаза. — Тебе не нравится?
В смутном сожалении, что прервала такой момент, я покачала головой.
— Не в этом дело… Просто мы забыли о Гарри… Он же не знает ни где мы, ни что с нами…
Сириус секунду или две продолжал смотреть на меня. Затем, пробормотав что-то типа «вот я дурак», потянулся за мантией. Проследив за созданным им Патронусом, пронесшимся сквозь стену, он вернулся на кровать.