— Я не собираюсь объяснять, зачем мне… — начала я.
— Ну и не надо, — легко согласился он. — Я просто хочу сказать тебе, как ты мне дорога.
— Ты мне тоже…
Его признание ввело меня в небольшую растерянность. И в волнение.
— Я люблю тебя.
Последовавшая тишина не торопилась прерываться. Это был тот волшебный миг, при котором земля должна уйти из-под ног от счастья или вырасти за спиной крылья и вознести к небесам. Это, может быть, и произошло бы со мной, если бы я стояла. Я чувствовала, что нужно немедленно что-то ответить, Сириус ждал, я видела. Всего три слова. Но мне что-то мешало.
когда-то я пообещала себе ни при каких обстоятельствах не признаваться кому бы то ни было в любви, а в первую очередь ни за что не влюбляться. Слишком глубоко была ранена моя гордость после того, как наши с ним чувства предал человек, который был для меня всем. Человек, исчезнувший вместе надеждой на лучшее накануне моего дня рождения, не сказав ни слова. Удалился из моей жизни, словно нажав «Delete». А всего — то полчаса назад я его снова встретила.
Что это, злой рок? Насмешка судьбы?
Я прикрыла глаза, избавляясь от образа Алекса. Зачем он опять появился?.. Я только начала жить без боли, что в первые дни просто сжигала меня изнутри. И вот теперь где-то глубоко затрепетал отголосок непонимания, напоминая о прошлом.
Легкое прикосновение к руке заставило меня открыть глаза.
— Сириус, я…
Что я собиралась сказать? Может быть, оправдаться? Или все-таки признаться?
Сириус не дал мне закончить, видно, почувствовал мое смятение.
— Если ты не уверена в своих словах, лучше промолчи.
Прямо философия. Я невольно улыбнулась в темноте. Протянула ладонь к его лицу, провела кончиками пальцев по слегка заросшей щеке.
— Я уверена в своих чувствах и словах, — чуть хрипловато сказала я. Надо же, и откуда в моем голосе эта томность? Впрочем, она мне на руку. — Хочешь докажу?
Когда я научилась так говорить? Это просто какая-то ночь открытий…
Сириус ответил положительно, что неудивительно, и я принялась претворять свои слова в жизнь. Как говорится, кто не рискует…
Поглощенная «доказательством» огромного и светлого чувства к самому любимому мужчине на свете, я ощутила его горячую ладонь на талии. Она медленно переместилась дальше, сдвигая вверх рубашку и обнажая мой живот. Пальцы нежно коснулись его.
— Я люблю тебя… — едва слышно шепнула я.
Похоже, ночь обещает быть долгой и бессонной…
Флэшбэк. Двадцать один год назад.
Хогвартс — Экспресс замедлил ход и остановился. По коридору поезда к дверям устремилась толпа школьников. С платформы послышались приветствия встречающих.
Ремус оглянулся в дверях купе на не торопящегося выходить Сириуса, в самый последний момент решившего зачем-то заглянуть в свой сундук.
— Бродяга, ты скоро? — нетерпеливо спросил Джеймс.
Мимо их купе только что прошли их однокурсницы — гриффиндорки.
— Уже, — отозвался Сириус, взял сундук и вышел в коридор, опередив друзей.
— Кажется, он не в настроении, — прокомментировал Джеймс, последовав за ним. — Что же с ним случилось?
— Похоже, Сириус не в восторге от предстоящей встречи с родней, — тихо сказал Ремус.
— Кто там такой умный? — громко спросил Сириус, уловивший разговор приятелей.
Он обернулся. Спешащий за ним Питер Петтигрю едва не врезался в него.
— Осторожно, Питер! — хором сказали Ремус и Джеймс.
— Ты тоже хочешь что-то добавить? — поинтересовался Сириус у него. — А, Хвост?
— Нет, — растерянно сказал Питер. — А надо?
— Попробуй, мой хвостатый друг, — ласково сказал Сириус.
— Да какая муха тебя укусила? — спросил Джеймс, хлопнув его по плечу.
— Большая и толстая.
Сириус мрачно посмотрел в окно, в котором была видна живая река из людей. Все радовались друг другу. Один он не находил для себя ни частички этого счастья в бушующем на платформе море эмоций.
— Ладно, проехали. Пойду поищу своих.
Выйдя из поезда, парни закрутили головами в поисках своих родных. Почти сразу Джеймс, Питер и Ремус отыскали их и разошлись в разные стороны. Сириус остался в одиночестве. Не было похоже, чтобы его дорогая матушка соизволила прибыть на вокзал для встречи своих сыновей.
Сириус внимательно понаблюдал за братом, стоящим почти рядом с барьером. Около Регулуса, едва ли заметный в толпе, крутился их фамильный домовик. Сириус фыркнул. Миссис Блэк прислала вместо себя эльфа. Видимо ей не хочется лишний раз видеть старшего сына. На мгновение взгляды братьев пересеклись, и Сириус отвернулся, демонстрируя этим, что он думает о семье в целом и о брате в частности, якшающемся с такими неприятными личностями, как Снейп и Розье.