— Ну давай, попробуй поищи, — подначил его Сириус.
Я сглотнула. Зачем он это сказал?
Изгибаясь как гусеница, я пододвинула женщину дальше так, чтобы она оказалась наполовину под кроватью за нависающим с нее покрывалом.
— Окно, — произнес кто-то.
— Окно? — повторил Долохов. — Что с ним?
Шаги и голоса переместились вправо, то есть ближе к кровати. Я крепко сжала палочку. Ногти впились в ладонь, отпечатывая на коже четкие полукружья.
«Виктория, не двигайся пока. Когда скажу «беги» — убегай. Поняла?»
«Я‑то поняла. Но как же ты?»
«Не беспокойся за меня. Просто делай так, как я говорю.»
Ничего себе, не беспокойся… А что я, по его мнению, должна делать? Расслабиться? Ну уж нет!
И все-таки дальнейшее произошло не так, как рассчитывала я.
От неудобной позы у меня затекла нога. В нее словно вонзилось несколько сотен игл. Еле выдерживая эту невольную пытку, я осторожно пошевелилась, распрямляя наполовину онемевшую конечность.
По — видимому, Пожиратель смерти стоял к кровати слишком близко, поскольку сказал:
— А это что такое?
Он меня заметил? Ой, мама…
«Беги, Виктория!» — как стартовый выстрел, прозвучал в голове мысленный восклик Сириуса.
Я взвилась вверх потревоженной змеей, едва устояв на ногах, в одной из которых до сих пор чувствовались иглы, и вскочила на кровать. В шаге от меня в самом деле стоял Долохов. Он потянулся ко мне, справившисьс легкой оторопью, но не успел. Я увернулась, спрыгивая на пол.
— Яксли, держи ее! — крикнул он.
Второй находившийся в номере Пожиратель бросился мне наперерез, растопырив в стороны руки, будто собираясь меня обнять. Но тут в него врезался яркий луч заклятия, и Яксли отшвырнуло назад.
«Уходи, — повторил Сириус. — Я задержу их.»
Ох, как мне не нравится это…
Выбегая в коридор, оглянулась. Он сражался с Долоховым, который, отражая его удары, постепенно передвигался к выходу, а Яксли приходил в себя. Он поднял палочку, целясь вменя.
Врешь — не возьмешь…
Я уже бежала по коридору, сломя голову. Моему кроссу неожиданно воспрепятствовал вынырнувший из-за угла человек. Если бы я решила, что это обычный постоялец отеля, то несомненно бы ошиблась.
Моя рука в долю секунды оказалась в крепком захвате, что и резко остановило мой бег. Я инстинктивно задергалась, частично забыв о такой иногда полезной штуке, как волшебная палочка, в данный момент стиснутой в ладони.
— Не хочешь поздороваться, дорогая?
Эти спокойные, но звучащие так издевательски для меня, слова были словно громом среди ясного неба. Если бы подо мной разверзлась земля, я бы куда меньше изумилась.
Я вмиг застыла, вскинув глаза. На меня смотрели бесстрастные карие глаза Алекса, самой большой ошибки в моей жизни.
— Отпусти меня, — из горла вырвался хрип, жалкая пародия на выкрик.
Не думала, что наша встреча произойдет так внезапно, лоб в лоб.
— Ты меня совсем не рада видеть?
— Рада?! Кто ты такой, чтобы я тебе радовалась?!
С моим голосом прорвалось столько ярости и неприязни, что Алекс ослабил хватку. Я вырвала у него свою руку и отошла назад.
— Кто ты?
Не знаю, ответил бы он, но ему точно бы помешал раздавшийся голос Долохова.
— Эндрюс! Где ты?
Алекс повернул голову.
— Уходи, — сказал он, не глядя на меня. — Уходи, но запомни одно: очень зря ты связалась с Блэком. Очень зря.
Я попятилась от него. почему-то повернуться к нему спиной духу не хватило. А вот спросить…
— Скажи… как тебя на самом деле зовут?
Мда… Не «а русский ли ты вообще?» или «ты заодно с Пожирателями смерти?» «Как тебя зовут?»
Но слово не воробей.
— Александр Эндрюс, — коротко сказал он и пошел прочь от меня.
Оказывается, на протяжении всего нашего знакомства Алекс врал мне. Я‑то знала его как русского с обычной русской фамилией. И тут выяснилось, что все это неправда, а может быть, даже и остальная часть его биографии — тоже мистификация? И почему он говорил о Сириусе с таким не то что презрением, а с потаенной ненавистью?
Ой, что это я встала как столб и о чем-то размышляю?! Надо выбираться отсюда, пока…
— Вот она!
Это «пока» воплотилось в реальность, заставляя меня уносить ноги от обладателя голоса, высоковольтным напряжением ударившего по моим и так натянутым нервам.
Я вылетела на лестницу, едва не сбив как раз поворачивающегося в мою сторону Пожирателя смерти. Надо же, пронесло… То есть он среагировал не сразу, я успела продолеть один пролет, когда в стену передо мной угодило заклятие. Я отпрянула от посыпавшихся каменных осколков. На последнем шаге меня угораздило споткнуться и чуть не рыбкой нырнуть вниз, но кое-как смогла ухватиться за перила. В плече вспыхнула резкая боль.