— Верно, магические соревнования, проводимые между тремя школами. А почему тебя интересует, что было в последний день?
Он перевел взгляд на Гарри, видимо, решив, что этот вопрос у меня возник с чьей-то подачи.
— Зря я об этом сказал, — пожал плечами Гарри. — Просто Вики очень заинтересовалась…
— Интересное дело, — протянула я, — сами заинтриговали…
— В общем, в тот день… возродился Волдеморт.
Что — что, а этого я точно не ожидала. Ничего себе подарочек на день рождения.
— Действительно, лучше бы молчала…
Если об Алексе я еще могла думать как о человеке из моего прошлого, вызывающем разнообразные воспоминания, то мысли о Волдеморте порождали во мне самые негативные эмоции.
— Ну вот, а я что говорил, — поддакнул Гарри. — Кстати, раз у нас разговор зашел о дне рождении…
— О каком, интересно? — спросил Сириус.
— О дне рождении Вики. Она сказала, что он у нее двадцать четвертого июня, ну… в тот же день…
Сириус понимающе кивнул.
— Я и хотел узнать, а когда у нее настоящий день рождения?
— А зачем тебе? — спросила я. — По — моему, в этом особого смысла нет. Я и отмечать — то его не очень люблю. И потом, кто о нем теперь помнит?
Гарри вопросительно посмотрел на крестного, точно ожидая, что он тут же выдаст готовый ответ.
— Если честно, я помню смутно… Было тепло и, по — моему, была весна… Да, — кивнул Сириус, вспоминая. Я с некоторым удивлением слушала его. — Кажется, это был апрель, конец апреля. А вот какое это было число я вам не скажу.
— Значит, я родилась в апреле?
— Именно. Но мы могли бы не узнать об этом, если бы подружка Лили не проболталась… Сама Лили ни за что бы с нами, Мародерами, не заговорила первая.
— Почему?
— Она нас, мягко говоря, недолюбливала, — слегка улыбнулся Сириус.
Надо же, я об этом даже не знала… Почему мне никто не рассказывал о Лили? Хотя это скорее мое упущение. После всего того, что мне открылось, я должна, нет, просто обязана, была все выведать. Все, что касается моей семьи. Моих НАСТОЯЩИХ родителях и сестрах, Лили и… Петуньи…
Петунья! Она тоже моя сестра! С ней я могу встретиться.
— А ведь есть один человек, который определенно знает точную дату моего рождения, — сказала я, глядя прямо перед собой.
— О ком это ты? — не понял Гарри.
— Совершенно верно, — медленно сказал Сириус, качнув головой. — Сестер Эванс было три.
Гарри понадобилась доля секунды, чтобы его озарило.
— Тетя Петунья!..
— Только вряд ли я решусь на встречу с ней, — тут же сникла я и поправилась: — По крайней мере, в ближайшее время.
— Главное, чтобы ты поняла, что тебе это нужно, — сказал Сириус. — А пока…
Крепко обхватив мою ладонь, лежащую на столе, он потянул меня наверх. Я с легким недоумением подчинилась ему.
— Куда ты?
— Танцевать. Не будешь же ты весь вечер здесь сидеть?
— Э, нет! Сказала же, я не танцую! — запротестовала я, немного запаниковав. Я действительно не предполагала, что буду танцевать. Да и танцевать — то толком не умела, мне просто негде было этой премудрости научиться. К тому же, здесь очень много народу, чтобы хотя бы расслабиться и уступить Сириусу.
— Почему же?
— Потому что!
Сириус просто улыбнулся и ловко снял накинутую на мои плечи мантию.
— Держи, Гарри!
Гарри поймал брошенную ему мантию, что заслужило еще один мой протест. Я не могла позволить, чтобы все вокруг увидели мою татуировку. Черт, зачем я надела это платье!
Но дальше сопротивляться было бы смешно, и я поплелась за Сириусом.
«Имей в виду, на нас сейчас будут пялиться, — мысленно обратилась к нему, когда нас обступило целое море танцующих пар или групп из нескольких человек. — И приготовься к тому, что я оттопчу тебе ноги.»
Как я и предсказывала, на нас со всех сторон скрестились взгляды разной степени удивления. Мне даже показалось, что сквозь толпу на меня смотрит профессор Льюис, а если учесть, как мы вчера расстались, то понятно — с каким чувством.
«Пялятся, ну и пусть, — так же мысленно прозвучал ответ Сириуса. — Просто представь, что в зале только мы с тобой. А про мои ноги не думай, не до такой же степени ты неуклюжа.»
— Ну, спасибо, — фыркнула я, останавливаясь. — Значит, я неуклюжа?
— Ты опять поймала меня на слове? Нет, ты очень даже грациозна…
— Как жираф, я знаю.
Секунду мы смотрели друг на друга, потом Сириус одну руку опустил мне на талию, другой сжал мою ладонь. Мне ничего не оставалось сделать, как положить свободную руку ему на плечо.
— Если ты и жираф, то самый симпатичный на свете, — на полном серьезе сказал он. — Но с кем ассоциируется самом деле человек, можно узнать, раскрыв его анимагическую сущность. Так что, потанцуем, мисс?