— С ней Снейп разбирается.
«Опять?» — чуть не сказала я.
— Между прочим, ты не хочешь мне ничего рассказать? — не оборачиваясь спросил он.
Глава 48. Непрощенные
Иллюзия умиротворения и прежнего понимания между нами рассеялась, и мне стало тягостно от пребывания в обществе обманутого мной же близкого и любимого человека.
— Что с тобой происходит? Я вижу, тебя что-то мучает. Так?
Сириус посмотрел на меня. Я вдруг почувствовала себя обвиняемой на допросе у прокурора, допытывающемся у меня о подробностях совершенного преступления.
— Если не можешь ответить напрямую, просто кивни.
После короткой паузы я качнула головой. Первый шаг сделан.
— Это связано со мной? Гарри? С кем-то из Хогвартса?
На каждый вопрос отвечала отрицанием.
Сириус приблизился и медленно обошел вокруг меня.
— А может, этот кто-то, кто не дает тебе покоя… — наклонившись сзади, тихо сказал он мне рядом с ухом, — Пожиратель, который бродил по Запретному лесу?
Кровь отхлынула от моего лица, я сильно побледнела, едва удержавшись, чтобы не отскочить от Сириуса с воплем «Откуда ты знаешь?»
— С чего ты взял?
И лишь после того, как произнесла это, поняла, что прокололась.
— Снейп рассказал.
Я опустила голову. Значит, рассказал, и Сириус все знает. Зачем тогда он спектакль тут устраивал, заявил бы сразу, что мне теперь нет смысла отпираться…
— Неужели ты думаешь, что он бы умолчал о таком? Пожиратели совсем близко от Хогвартса, несмотря на то, что лес окружен защитным полем, это очень опасно!
А то я не знаю. Единственное, что могу привести в оправдание себе, это то, что личность Пожирателя была мне знакома.
— Ты меня ненавидишь? — не поднимая головы, спросила я. Руки машинально потянулись к кулону, спрятанному под одеждой. Цепочки не было, и на миг мысли сбились. Куда делся мой кулон?
— Мерлин мой, да с какой стати я должен тебя ненавидеть? — искренне изумился Сириус, становясь передо мной.
— Ну как же… На твоем месте я бы себя запрезирала. Такая вроде большая, а глупая как стадо овечек. И… и вообще, я обманула тебя… и Гарри.
— Наверное, на это ты вряд ли пошла, не будь у тебя уважительной причины?
Я вновь кивнула, от всей души благодаря небеса за то, что подарили мне такого чуткого и понимающего человека.
— Ведь этот Пожиратель каким-то образом сначала заманил к себе, а потом что-то потребовал от тебя такое, на что ты никогда не согласилась, если бы у тебя был какой-то выход. Все правильно?
Правильно, да не все. Выходит, Северус далеко не все рассказал Сириусу? Тревога снова забурлила во мне. Я предпочла бы говорить правду целиком или не не говорить вообще ничего.
— А отпустил он тебя потому, что так было выгодно, для него или же Волдеморта, не важно, — продолжил рассуждать Сириус.
Да, Снейп многое утаил. Даже не знаю, хорошо это или плохо…
— Он тебе угрожал? Можешь не отвечать, и так ясно, что да, — видя, как я дернулась, сказал он. — Угрожал сделать что-то, если ты… Если что, Виктория?
Стиснув в волнении руки, я отвернулась от него и подошла к окну.
— Прости, я не могу этого сказать, потому… — голос у меня немного сел, и я едва ли не прохрипела: — что в худшем случае это плохо отразится на моей подруге. А как она сумеет защититься от этого негодяя?
Сириус долго не прерывал тишину, очевидно, раздумывая над моими словами.
— Скажи… это был тот Пожиратель, которого мы встретили в маггловском баре?
— Почему ты спросил?
— Снейп сказал, что его фамилия Эндрюс, а так, кажется, звали того Пожирателя.
— Это он… — нехотя сказала я. Все равно это ничего не изменит.
— Вот я и пытаюсь понять его мотив. Хотя какие могут быть мотивы у Волдемортовских шавок? Подай это да сделай то… А у этого Эндрюса ко мне явно было что-то личное, недаром он тогда набросился на меня. Но что? Хоть убей, не могу вспомнить, было ли что-то, связанное с ним… По крайней мере, мне становится понятен твой неожиданный поступок. И, как уже говорил, тебя не возненавидел или запрезирал. Скорее такое чувство возникло бы у меня, если бы это было предательство.
Я поежилась от его последнего утверждения, как от холодного ветра.
— Например, если бы я вдруг, не дай Мерлин, конечно, застал тебя с кем-нибудь другим.
Несколько удивленная, я посмотрела на Сириуса через плечо. Он был серьезен и даже печален. Острая жалость чуть не толкнула меня к нему в объятия, но я осталась на месте, будто приклеенная к подоконнику.
— С кем, с другим? Ерунда… Мне никто не нужен…