Окончание фразы «кроме тебя» застряло у меня в горле. Впрочем, Сириус все равно понял.
— Мы сделаем все возможное, чтобы с твоей подругой ничего не случилось. — Он подошел ко мне и осторожно привлек к себе. Его прикосновения казались мне электрическим разрядами.
В другое время его обещание было бы как бальзам на больную душу, но вся беда в том, что теперь безоглядно поверить во что бы то ни было стало для меня крайне сложно.
Я потянулась к Сириусу, обняла за шею и легонько коснулась губами его щеки.
— Прости меня, пожалуйста… — шепнула и выскользнула из кольца его рук.
На все мои действия он отреагировал довольно сдержанно. Хотя в последнюю секунду едва не удержал меня.
Закрывая за собой дверь, я увидела, как Сириус без всякого выражения смотрит куда-то в пространство.
Прости, если сможешь…
Я словно прощалась с ним, и это принесло мне еще одну муку.
День кончился быстро, вероятно, потому, что я весь его остаток была погружена в себя. И лишь где-то в полночь от мыслей меня оторвал Гарри.
— Вики! Прием!
— Что? — слегка устало спросила я. — Прием, база Вики слушает.
В гостиной остались мы да еще парочка младшекурсников, о чем-то шепчущихся в дальнем углу. Я сидела забравшись с ногами на диване перед камином и нежилась в тепле горевшего в нем пламени. Гарри присел рядом, явно собираясь полуночничать вместе со мной.
— Прием, — улыбнувшись, сказал он, шутливо поднося к уху кулак. — Вы точно на связи?
— Как слышно, как слышно? — продолжая игру, сказала я, вытаращив в мнимом испуге глаза. — База Гарри, куда вы пропали?
— База Вики, я здесь, — фыркнул он, не сдержавшись.
— Ладно, хорошего понемножку. Выкладывай, зачем вызывал?
Гарри посерьезнел и машинально пригладил торчащие на макушке волосы.
— Да ни о чем конкретно… — Он помедлил, я терпеливо ждала, теребя пуговицу на рубашке. — То есть я хотел спросить, как ты вообще…
— Нормально, Гарри… В смысле не совсем нормально, конечно. Я к вам всем ужасно привыкла, но… — прикусив губу, я гипнотически смотрела на своеобразный танец огня в камине, — но мне многого не хватает…
— Конечно, у меня не так уж многого было в жизни, но я тебя понимаю. Особенно, когда в ней происходит что-то без твоего вмешательства и согласия.
— Ты имеешь в виду злодея на букву «В»?
— Его самого. Странно как-то, ты не находишь, что ему что-то нужно именно от нас двоих?
Вздох вырвался из меня сам собой. Я предпочла бы вообще не упоминать Волдеморта не то что вслух, а мысленно. Потому что меня всякий раз передергивало, когда его образ вставал перед моими глазами. Надо хоть спасибо сказать, что он мне не снится.
Тьфу — тьфу, чтоб не сглазить…
— Странно… Но он ведь не знает, что мы с тобой…
С невольным удивлением мы с Гарри поглядели друг на друга. Надо же, я даже не задумывалась о том, что будет, если Волдеморт пронюхает о нашем родстве… Впрочем, и не хочу!
— Давай не будем об этом, — попросила я, меняя позу на диване. Гарри с готовностью кивнул и чуть ближе придвинулся ко мне. Я грустно улыбнулась и приобняла его за плечи. Он сделал довольное лицо, щурясь на оранжевое пламя. Вылитый кот на солнцепеке. — Почесать за ушком?
Я рассмеялась, когда Гарри изобразил недоумение.
— Ты почему-то напомнил мне кота. А кстати, какой у тебя анимагический облик? Случайно не кот?
— Нет. У меня противоположный от него облик. Между лисом и волком.
И правда, забыла об этом. Между лисом и волком — это потому что они оба относятся к семейству псовых? Почти как его крестный…
— А ты хотел бы быть кем из них?
— Не знаю. Жаль, нельзя выбирать, а то бы выбрал какую — нибудь птицу. К тому же, чтобы стать анимагом, нужно много времени. По крайней мере года четыре. Столько потребовалось Мародерам.
— Да, упорства было им не занимать. Но у них был еще и стимул. Я имею в виду Ремуса.
— Хорошие попались ему друзья, — согласился Гарри, слегка помрачнев. — Хорошие… Только с одним не повезло.
Мы ненадолго замолчали, наблюдая за огнем. Внезапно на диван вспрыгнул Гермионин Крукшенкс. Я вздрогнула, убирая руку с плеча Гарри. Кот, рыжий как то пламя, прошелся по коленям Гарри, потоптался, будто примериваясь, где поудобнее, но тут же прыгнул ко мне. Утробно мурча, он боднул головой мой подбородок.
— Эй, чудо, — строго сказала я ему, — ты не козел, чтобы бодаться.
— Он учуял в тебе родного человека, — улыбнулся Гарри. — Точнее, кошку.
— Мяу, — мурлыкнула я, погладив Крукшенкса по густой, нагретой шерсти. Он задрал ко мне курносую морду, блестя желтыми глазищами. — Точно говорят, кошки потусторонние существа.