— Не знаю… — почти простонала я, рука горела огнем, принося неимоверное страдание. — Он упал на пол там, где мы переместились.
— Возьмитесь друг за друга! Я призову его!
Сириус вскинул палочку, произнося Призывные чары.
Мы встали вплотную друг к другу, переплетая между собой руки. Мне было труднее всего, кисть болела так, что казалось, вместо нее одна пульсирующая боль. Гарри выручил меня, сжав левое предплечье.
Внезапно меня посетила страшная мысль. А что, если кулона уже нет, вдруг его забрали отсюда или просто сняли с него чары?
И затем дверь сорвали с петель, а из-за стеллажей напротив стали выбегать Пожиратели, пробравшиеся через другие входы.
Я увидела летящую к Сириусу тонкую цепочку. Он поднял руку, готовясь поймать кулон, но, почувствовав устремленный на меня ледяной взгляд, обернулась. Волдеморт скривил в нетерпеливой ярости лицо, отчего еще больше стал напоминать дьявола, и швырнул заклятием.
В кого? В Сириуса, в Гарри или во всех вместе? Или, быть может, он целился в кого-то другого, но попал в меня. Луч пронзил точно середину грудной клетки, и кожу под одеждой обожгло раскаленным металлом. Одновременно с этим последовал ощутимый рывок, и меня со всеми утянуло в пространство. Мир вокруг странно завертелся…
Приземление было очень неудачным и болезненным. Я свалилась мешком на землю и долго не могла отдышаться. Внезапно расплывшиеся перед моими глазами разноцветные круги остановились и ощущение дикого верчения прекратилось. Руку, на которую я упала, придавив всем телом, пронзила нестерпимая боль. Застонав, я приподнялась на коленях. Но снова тяжело свалилась обратно. Вокруг было темно и холодно, однако меня, погрузившуюся на некоторое время в оцепенение, это не волновало. Если бы не неудобство, создаваемое моим положением, и боль, теперь появившаяся и под свитером, там, куда попало заклятие Волдеморта, я бы пришла в себя еще нескоро.
— Мамочка… — Шепот получился еле слышный.
Пошевелившись, я подняла голову. И только тут поняла, что не чувствую ни руки держащего меня Гарри, ни движения кого — либо остальных. Я и не слышала ничего такого, что могло бы указывать на присутствие людей.
— Гарри… — просипела под нахлынувшим страхом. — Сириус…
Ответом мне была тишина.
Нет… Нет!
— Гарри! — громче позвала я, задрожав.
Оглянулась. Никого.
— Сириус!!
Пожалуйста… кто-нибудь…
С трудом поднявшись, сделала шаг. И вдруг увидела лежащую неподалеку одинокую фигуру. Сердце гулко забилось. Я упала возле нее и как безумная затормошила ее.
— Гарри!
Ослепленная темнотой и страхом, я далеко не сразу обнаружила, что лежащее тело принадлежит девушке.
— Герм…
Имя Гермионы застряло в горле, потому что, когда я перевернула ее, на меня уставилось бледное лицо Пэнси Паркинсон. Даже если бы внезапно подо мной разверзлась земля, ничто больше меня так не потрясло.
Паркинсон находилась без сознания, и только поэтому ее спасло от моей ярости. Я взвилась на ноги, покачнулась, но удержала равновесие.
Быть того не может! Вместо Сириуса, Гарри, Рона и Гермионы здесь валялась одна мерзавка — слизеринка, благодаря которой все и произошло!
Я задыхалась от гнева, страха и боли. Под свитером становилось все дискомфортнее, словно там тлели угли, разгораясь сильнее и сильнее под потоком свежего воздуха. Переложив палочку в карман, я просунула здоровую руку в горловину свитера, а нащупав цепочку, вытянула ее наружу.
Хроноворот… Он был горячим, почти обжигающим. Наверное, это в него попало заклятие, и хроноворот меня спас… Ведь если бы не он, вряд ли я бы сейчас здесь стояла… А если заклятие попало в него, может, это как-то и связано с исчезновением Гермионы, Гарри, Рона и Сириуса?.. Не могли же они просто так испариться…
Меня пронзила ошеломительная мысль. А вдруг заклятие каким-то образом запустило действие хроноворота, и я сейчас… Да нет… Это невозможно…
Но вопреки собственным неубедительным возражениям, я почувствовала головокружение и слабость во всем теле. Нет, жизнь не может со мной так поступить… Пожалуйста, пусть это будут только мои неуклюжие домыслы…
Чтобы хоть как-то утешить себя, я попыталась найти что-нибудь знакомое и вгляделась в темноту. Немного в стороне возвышалась громада замка с вкрапленными редкими светлячками — окнами. А прямо передо мной растилалось тусклое зеркало Черного озера. Хогвартс… Это был Хогвартс…
— Э-э… А это еще что такое? — послышался издалека рокочущий голос.
В ночи сверкнул свет. Под тяжелыми ногами ощутимо содрогалась земля. Через минуту из темноты вышла огромная фигура, держащая в руках фонарь.