Сириус аккуратно закрыл за собой дверь, за которой было по — прежнему тихо: видимо, сюда не особо долетали посторонние звуки.
— Вы уже здесь? — сказал Рон, плюхаясь на кровать рядом с Гермионой, отчего та недовольно нахмурилась. — Паркинсон не видели?
— Нет. А вы?
— Конечно нет, а то бы за шкирку притащили. Трусиха, — с отвращением сказал Рон. — Вот куда она делась? Знает же, что Дамблдор говорил…
— Она боится, — сказал Гарри, подходя к окну и отодвигая штору, из-за которой на нас выглянуло серое утро. — На ее месте я бы тоже боялся. Ничего, отсидится где-нибудь, прибежит сама.
— Что с тобой? — негромко спросил Сириус, присаживаясь на край кровати, на которой свернулась калачиком я. — Тебе плохо?
— Да, мне плохо… — глухо ответила я, даже не убирая с лица волосы, хотя они щекотали мне нос. — И я больше никуда не выйду из этой комнаты.
— Почему?
— Потому… — И замолчала.
— Эм… Мы кое — кого видели, — объяснила Гермиона, помедлив.
— Дай угадаю… — Сириус усмехнулся. — кого-то из гриффиндорцев? А если быть точнее, из семикурсников?
— Верно.
— Вы опять столкнулись с моим отцом? — В голосе Гарри слышалось недоверие, а еще едва уловимое чувство, похожее на зависть.
— Если бы только с ним. — Гермиона вздохнула, и я прямо — таки ощутила на себе ее сочувствующий взгляд. — Там была и… твоя мама, Гарри. Не знаю, были ли остальные, мы сразу ушли.
— Мда… — пробормотал Сириус. — Но почему тебя это так расстроило, Виктория? По — моему, встреча с Лили должна бы тебя обрадовать.
— Я не расстроена, я потрясена. — Оттолкнувшись от кровати, я резко села. — Оказывается, я стала очень популярна.
— Популярна?
— Ну да, во всяком случае, среди гриффиндорцев.
— Это из-за того, что Джеймс тебя видел?
Я лишь вздохнула.
— Так что мне лучше не высовываться. Либо… либо уйти из Хогвартса. Но уйти некуда…
— Не тебе одной, Вики, нужно быть крайне осторожным, — заметил Рон, глядя в потолок. — Я тут подумал, а что, если нас вычислят?
— Каким образом? — спросил Гарри. — По внешности? Ну, из всех нас я самый приметный, но если я смогу замаскироваться, пожалуй, никому в голову не придет, что мы связаны с кем-то из Хогвартса. Учитывая, конечно, то, если мы не будем ни с кем особо контактировать.
— Ты прав, Гарри, но нас может кое-что выдать, — вдруг севшим голосом сказала Гермиона.
Все уставились на нее в ожидании.
— Паркинсон? — предположил Рон.
— Я сказала «кое-что», а не «кое-кто», Рон. Карта Мародеров, вот что!
— Гермиона, ты просто умница! — воскликнул Сириус. — Ты совершенно права!
Я почувствовала легкий укол ревности. Он меня ни разу так не называл. Но мигом остыла, это же Гермиона.
— Ты куда? — в один голос поинтересовались мы с Гарри, когда он в два шага преодолел расстояние до двери.
— Попытаюсь что-нибудь сделать, чтобы добыть Карту.
— Но…
Фраза повисла в воздухе. Дверь за Сириусом закрылась. Мы вчетвером молча переглянулись.
— Как бы он… — сказала Гермиона в тревоге и оборвала саму себя.
— А представляете, если Мародеры все-таки отыщут наши имена на Карте? — небрежным тоном сказал Гарри. — Смотрят, а на ней написано: Гермиона Грейнджер, Рон Уизли, Гарри Поттер, Сириус Блэк и… А кстати… — Он посмотрел на меня. — Какое имя изображается на Карте, показывая Вики?
— Ты думаешь, у меня много имен? — подняла я бровь.
— Можно сказать, два.
— Но, Гарри, Карта всегда показывала меня как Викторию Кленову…
— Да, а когда ты узнала, что раньше — то тебя звали Дейзи Эванс?
— Не знаю… — неуверенно пожала плечами я. — Да и так ли это важно? Если Мародеры увидят твое имя впридачу с именем Сириуса, их недоумение вряд ли увеличится, если они обнаружат еще и мое.
Гарри хотел что-то добавить, но его остановил какой-то хлопок. Гермиона невольно вздрогнула. В комнате появился эльф — домовик, держащий в тонких ручках большой поднос.
— Профессор Дамблдор просил передать, чтобы господа приняли этот скромный, но питательный завтрак, и хорошо отдохнули.
Он поставил поднос на небольшой круглый столик, находившийся у стены, и, поклонившись, также с хлопком исчез.
— Мм… Это не лишне, — сказал Рон, пересаживаясь на стул рядом со столом. — Очень даже не лишне.
Он приподнял крышку, накрывавшую одно из блюд, и вдохнул восхитительный аромат, вырвавшийся из-под него.
— Блинчики! — Рон схватил лежащий на тарелке свернутый в трубочку блин с золотистой корочкой и откусил его. — С творогом…