— Но для нашего представления нам необходимо хотя бы поменять имена, — сказал Сириус. — А Гарри, как самому заметному, еще и замаскироваться.
— И придумать нам легенду, — добавила Гермиона. — Ведь не могли мы оказаться в Хогвартсе из ниоткуда.
— Вот видишь, Минерва, — с ноткой удовлетворения в голосе сказал Дамблдор, — они сами прекрасно понимают свое положение.
— Так — то оно так, — а в голосе декана Гриффиндора промелькнуло сомнение, — но где гарантия, что все пойдет как надо? А если о наших гостях из будущего прознают в Министерстве? Вот будет переполох.
— В Министерстве не узнают, если все будут вести себя как надо.
— Мы — то будем, — сказал Гарри, — все зависит от Паркинсон. Она способна наломать много дров.
— Я поговорю с ней один на один, — пообещал директор, — думаю, я сумею убедить мисс Паркинсон. А теперь… начнем с вашей истории или, как сказала Гермиона, легенды. Мне кажется, лучше всего будет сделать вас, — он указал на Гарри, Рона и Гермиону, — а так же мисс Паркинсон учащимися Салемской школы, что находится в Америке.
— О, мы будем американцами? — хмыкнул Рон. — Круто! А что мы делаем в Хогвартсе?
— Правильный вопрос! Вы приехали перенимать опыт у британских школьников, и возможно, проведете здесь несколько недель.
— А я? — спросила я, заинтригованная тем, что Дамблдор не увидел во мне школьницы. — Разве я не подхожу на роль американской ученицы?
— А разве вы, мисс Кленова, еще не закончили школу?
Он посмотрел на меня поверх очков с легкой хитринкой в голубых глазах.
Мне ничего не оставалось, кроме как развести руками.
— И правда, я как-то забыла об этом. Видно, сказались последние месяцы, проведенные среди школьников.
— Вы преподавали? — с профессиональным интересом осведомилась профессор Макгонагалл.
Прежде чем я успела ответить, Сириус сказал:
— Да, Виктория преподавала, Маггловедение.
Мне удалось практически сразу сделать каменное лицо. Надо же, из учениц я переквалифицировалась в учительницы.
«Сириус, зачем ты это сказал? Я ничего не смыслю в преподавании!»
«Думаешь, я знал о нем, когда начинал первый урок по Защите? Да и нужны тебе расспросы о том, почему ты находилась в Хогвартсе, если уже закончила учебу?»
Я мысленно пожала плечами. Сам пусть выкручивается, если меня разоблачат.
— Значит, вам с мистером Блэком предстоит изобразить преподавателей, сопровождающих учеников.
— Класс… Всегда мечтала… — еле слышно пробормотала я.
— Теперь что касается ваших имен, — продолжил Дамблдор, то ли не услышав мои слова, то ли пропустив их мимо ушей. — Нужно ли менять их всем? Насколько мне известно, у некоторых из вас в Хогвартсе учатся знакомые, родственники, а то и… кое-кто очень близкий.
Сириус улыбнулся, уловив тонкий намек.
— Гарри, как ясно всем, самый заметный среди нас, поэтому ему маскироваться необходимо полностью. У Паркинсон, вероятно, тоже учатся здесь оба родителя. Впрочем, ее отец старше меня на год, значит, он уже выпустился. Мать ее я не знаю, но, по — моему, она учится в Слизерине. Но в любом случае, ее фамилия довольно громкая, нельзя ее оставлять.
— А у меня здесь никого нет, — сказала Гермиона и объяснила: — Я магглорожденная. Гермиона Грейнджер.
— Ясно, — кивнул Дамблдор дружелюбно. — Стало быть вам нет никакой необходимости что-то в себе менять. Ну, а вы, молодой человек?
Меня зовут Рон Уизли, — ответил Рон. — И сейчас в Хогвартсе учится мой старший брат, Билл Уизли.
— Да, есть такой на первом курсе Гриффиндора, — подтвердила профессор Макгонагалл. — Весьма способный мальчик. А у вас, мисс Кленова, я так полагаю, здесь тоже никого нет из знакомых, ибо ваше имя мне ничего не говорит. Вы сами сказали, что вы русская.
— Я сказала, что не совсем, — поправила я. — Но…
И запнулась, потому что не знала, будет ли правильным говорить правду. Однако Гарри, видимо, не счел нужным скрывать мою личность, поэтому коротко сказал:
— Вики моя… родственница.
Когда все повернулись к нему, он округлил глаза.
— А что, это правда. Она сестра моей мамы.
— Так вы Эванс? Но почему у вас другое имя? — Это спросил Дамблдор.
— Сестра Лили Эванс? — Это уже Макгонагалл. — У нее же старшая сестра, и она маггла.
— Да, тетя Петунья, — снова радостно встрял Гарри.
Глядя на него, я старалась не рассмеяться. Такой забавный у Гарри был вид.
— Есть и младшая, — сказал Сириус, усмехнувшись. — И она волшебница.
— И я, пожалуй, оставлю свое имя как есть, — заключила я. — Внешность тоже, потому что резона менять что-то во мне уже нет.